Голоса ночи (сборник)

Она сказала, что пусть приезжает, ей двухсот долларов не жалко. Тот закричал, что ее не зря назвали Анжеликой – она ангел, таких девушек немного! И обещал быть через час.

– Собираешься куда-то? – спросил он, когда Анжелика открыла ему дверь в полном обмундировании: джинсы, теплые ботинки, длинная дубленка с капюшоном. – Или только вернулась? Или хотела от меня сбежать? А где мои двести долларов?

Она сунула ему деньги и вытолкнула на лестницу. Вышла сама, тщательно заперла дверь. Саша удивленно спросил:

– Матушка, что за дела?

– На «Александра Блока»?!

– Ты молодец, – сказал он, беря ее под руку. – И я в тебя всегда верил. Высший класс! А муж не будет против?

– Я ему оставила записку.

– И что ты написала?

– «Мама нездорова, ночую у нее».

Саша слегка присвистнул и внимательно на нее посмотрел. Она засмеялась, отрывисто, немного делано, надвинула на глаза капюшон и быстро пошла вниз, слегка придерживаясь за перила.

Кто-то должен умереть

В этом небольшом кафе, как и во всех прочих заведениях подобного рода, посетители делились на три категории. Первые ходили постоянно, поскольку работали в окрестных офисах. Здесь наскоро обедали, «заморивали червячка» после работы, выпивали кружку пива, флиртовали… Вторые заходили случайно, обедали и никогда больше не появлялись, не потому, что качество обеда было низким, а потому, что в другой раз им было не по пути… И были третьи, те, едва взглянув на интерьер, как-то криво морщились и исчезали прежде, чем официантка успевала приветливо улыбнуться.

Интерьер в кафе выглядел убого, цены держались на среднем уровне, а вот готовили здесь отлично. Все в целом производило неопределенное впечатление, и посетители вечно сомневались: то ли ходить сюда постоянно, то ли забыть дорогу… Выкрашенные в коричневый цвет стены, скромная стойка в углу, невзрачные пожилые официантки, от которых сально пахло кухней, туалет с обсыпавшейся кафельной плиткой. И огромные порции, со знанием дела приготовленное мясо, хороший выбор напитков… Во всяком случае постоянные клиенты здесь не переводились.

И в тот майский вечер их было не меньше, чем всегда. Неторопливая, сонно улыбающаяся барменша сразу узнавала старых знакомцев, и ей не нужно было напоминать о том, что подать к столу. Она лениво цедила пиво, снимала с полок бутылки, разливала напитки почти не глядя, с профессиональной ловкостью, высоко подняв локоть, твердо держа кисть над мерным стаканчиком. Попутно женщина отмечала новичков. Вот эта парочка тут впервые, озираются, неуверенно читают меню. Одинокий мужчина заказал кофе. У его ног приютился спаниель – неотъемлемый атрибут кафе. И это немного волновало мужчину: он изредка отдергивал ногу в пыльном ботинке и опасливо глядел под стол.