Голоса ночи (сборник)

Она чувствовала растущую панику: эта девушка была одновременно и той, другой!

– Анжелика, – неуверенно спросила она. – Вы мне правду говорите?

Девушка наконец закурила, но все еще не отводила глаз от зеленой пачки.

– Я спросила про метро… Но у вас синяки!

– А при чем тут мои синяки? – Девушка осторожно выпускала дым из разбитых, припухших губ. – Вы же не убьете меня, нет?

Девушка не улыбнулась, только пожала плечами, считая вопрос излишним.

– Знаете, лучше садитесь. – Она показала гостье на кресло. – Кофе будете?

Уже исчезая в коридоре, девушка вдруг обернулась и сказала:

– А я вас действительно видела на кассете. Вы что, совершенно не помните, кто и когда вас снимал? Не заметили?

– Ну, ясно, – кивнула девушка. – Я бы тоже на вашем месте не запомнила. Я вам кое-что расскажу, только не сердитесь.

И исчезла на кухне. Пока она варила кофе, Маша оглядывала комнату. С того дня, когда она здесь в последний раз побывала, кое-что изменилось, да это было и неудивительно – ведь хозяин умер. Стало больше беспорядка, вещи валялись, где попало, с подлокотника кресла свешивался белый кружевной лифчик, в углу валялась красная туфля на низком каблуке, пепельница была забита скрюченными окурками. Маша только стала выискивать местечко, куда бы приткнуть свою собственную сигарету, как на пороге появилась Анжелика с маленьким подносом, где дымились две чашки.

– Извините, – она быстро переменила пепельницу, и Маша сунула туда окурок. Он зашипел, попав в лужицу воды на дне. – Извините, я как во сне. Вас зовут?..

Анжелика искоса глянула на нее и на миг снова стала похожа на ту, другую. У Маши голова пошла кругом, и она вдруг спросила:

– Анжелика, а у вас сестры нет?

– Нет, я единственная. А что такое? – забеспокоилась та.

Анжелика уселась в другое кресло и взяла с подноса чашку. Маша к кофе не притронулась. Только теперь до нее начинало доходить, насколько щекотливым будет этот разговор. «Я шла к женщине, о которой знала хоть что-то, а оказалась в гостях у другой, о которой не знаю ничего… – размышляла она, разглядывая свои наманикюренные ногти. – Глупо. Лучше бы уйти…» Но она и сама понимала, что уйти не сможет, не сможет остановить себя, как не могла она остановиться с того самого дня, когда Иван спьяну проболтался.

– Маша, а о чем вы хотели со мной поговорить? – спросила Анжелика, отставив в сторону свою чашку. – Почему вы молчите? Может, мне первой вам все рассказать?

– Ну, есть что… Или я делаю ошибку? – спросила она будто у самой себя. – Не знаю, ничего не знаю. Но если вы ко мне пришли, значит, ничего не боитесь? Я имею в виду милицию.

Маша неопределенно пожала плечами. Анжелика пояснила:

– Я хочу сказать, не вы же его убили?

– Не я, – подтвердила Маша.

– А я думала, что вы, – созналась та.