Голоса ночи (сборник)

 – Он всегда так трясся за свои денежки… А может, он не принимал всерьез наш план?

– Принимал, – отрезала Лена. – И даже не слишком удивился, когда все узнал.

– Хватит! – вмешался Саша. – Я что-то ничего не понимаю с деньгами… Но ведь она, – он указал на Анжелику, – сняла деньги за три дня до его смерти… Если он знал, что мы готовим, может, он и про это знал?

– Да, – кивнула Лена. – И тогда он мне сказал, что, видно, вы пойдете на все. И еще сказал, что ничего другого от вас не ждал.

– Тогда тем более непонятно, почему он оставил в покое счет!

– Мне тоже непонятно.

– А он знал, что после его смерти мы собираемся поделить все оставшиеся деньги?

– Он все знал! – с ненавистью подтвердила Лена. – И про Ликины долги, и про ее проигрыш, и про ее расписку под проценты, и про твои долги, и про твой совет его убить, и про деньги… Все это не слишком похоже на шутку! Он все знал с самого начала, с того дня, как вы рассказали об этом мне! Можете не сомневаться!

– Господи… – прошептала Анжелика. – И все эти дни мы жили вместе, и он молчал! А мне казалось, все идет как обычно, он ни о чем не подозревает… По нему ничего не было заметно! Но как же так! Значит, получается, что он знал, что это именно вы звоните в дверь?!

– Конечно, – невозмутимо ответила Лена, обращаясь больше к мужу. – Ведь я ему сообщила, что мы придем его убить.

– То есть меня убить! – кивнул он. – Вела меня на убой, как барана!

– Вот именно, – тихо ответила Лена. – Только он не открыл нам. До тебя хоть дошло или нет? Он не открыл ни в первый раз, ни во второй… В третий мы сами открыли дверь. Я все эти три дня звонила ему, умоляла не затягивать, иначе вы решитесь на все и обойдетесь без меня, а тогда мало ли что может случиться… Он или отмалчивался, или просил меня не беспокоиться – сам разберется. Но чем больше вы его боялись, тем опаснее становились. И в третий раз я решила: мы с тобой откроем дверь сами, войдем, и тогда ему уже не отвертеться… Он не хотел тебя убивать! Он не мог на это решиться! Господи!

Она скорчилась в углу дивана и заревела. Сквозь частые всхлипывания можно было разобрать: «такого подлеца», «я говорила», «какой-то гад», «Игорь»… Анжелика не выдержала, встала, ушла на кухню и уставилась на гору немытой посуды в раковине. Потом отыскала три чистые чашки, поставила на плиту чайник, достала из шкафчика растворимый кофе. Руки у нее дрожали, и она не слишком крепко держала все, за что бралась. Банка с кофе с глухим стуком упала на пол. Пол был не плиточный, как у нее на кухне, и банка уцелела. Она нагнулась, чтобы подобрать ее, и увидела у самого своего лица ноги Саши. Он стоял, прислонившись плечом к косяку и заложив пальцы за пояс джинсов. Встретив ее взгляд, кивнул в сторону комнаты:

– Плачет, это надолго.

– Давай. Какой дурдом.