Чеболь. Сборник

– Так ведь их же рыба будет, а не наша с устья.

— Ты языком меньше мели, а на рыбе не написано откуда она.

— Да я же только на «Ласточке»…

– Смотри! Инородцы многие по-нашему говорят, так, что лишний раз рта не открывай.

«Ласточка» в поисках улова и вправду зашла довольно далеко от русского берега. Смелые моряки удачно миновали разбойный берег адайцев и вот уже пару дней как болтались между территориальными водами Ширвана и Гиркании. Судно рыбаков по большому счету было большой моторной лодкой, местная самоделка, которую называют «байда»."

"Много рыбы на такой не увезешь, да и не надо. Браконьеры рассчитывали на одну, много две белуги. Рыба богатая, несколько центнеров деликатесного мяса и до тридцати-сорока килограммов безумно дорогой черной икры. Тут при удаче с пары достойных рыбин семья промысловика могла безбедно жить всю зиму.

Но и выловить такую добычу нелегко, день за днем рыбаки выходили в море в поисках удачи. Каспий был опасным морем, там, где дозор несли корабли Российского Императорского Флота все спокойно, а вот в дальше – полный бардак. Кочевники на катерах, у которых, что поймать рыбу, что отнять все едино. Кокандцы, гирканцы и ширванцы и вовсе ловят лодки рыбаков ради развлечения. Спорт у них такой, настрелять чужих рыбаков, кто больше за месяц.

От того и осторожничал Тимофеевич с двумя своими подручными: молчаливым сыном Алешкой и не в меру болтливым племянником Петром. Байда у старого рыбака была знатная, четырнадцать метров в длину, три мощных подвесных двигателя с Азовского моторного завода, два ходовых и один в резерве. Скорость «Ласточка» на таких движках давала хорошую, но на Каспии все сторожевые катера ходили быстро, так, что лучше им на глаза не попадаться.

— Дядька, кажется, взяла! – Петр, проверявший петли, неожиданно почувствовал, как минуту назад расслабленная леска напряглась словно струна.

– Аккуратнее, не торопись, уже не уйдет. Пусть силы слегка потеряет. Тяжелая…

Тимофеевич даже немного позавидовал удаче племянника, живой и суматошный Петр, ко всему был неплохим работником, в вот молчаливый Алешка и говорил мало, и в работе не горел, потому и не женат до сих пор, не смотрят на него девки, хоть парень справный, да и на лицо не урод.

Белугу с огромным трудом затащили в лодку, рыба оказалась не маленькой, килограмм триста будет. Ну и само собой икра! Теперь надо было срочно уходить из негостеприимных гирканских вод. Только куда? Отсюда до Энзеле было намного ближе, чем в Баку и Тимофеевич решил править байду в сторону Персии.

В Ширване оно, конечно, сподручнее, там и русских много и народец Империи не чужой, но в Персии, по слухам, рыбаков привечают, цены выше, опять же таможня не лютует. Да и богатые шейхи при удаче могут отсыпать за икру и рыбу серебряных «туманов».