Сборник "Приграничье" (1-5 чатси)

Прямо на глазах из набухших почек проклевывались листочки, порхали от крыши к крыше обустраивавшие гнезда пичуги, а молодая трава уже начинала зеленеть даже в самых темных закутках дворов. В окраске обычной травы лишь приглядевшись можно было различить синеватые оттенки, а вот уверенно теснившая местные сорняки лазурница, которую несколько лет назад занесли с Севера, в солнечных лучах казалась ярко-голубой.

Проигнорировав недвусмысленное предложение уличной шлюхи, я прошел мимо настороженно оглядевшей меня компании длинноволосых парней — все как один в проклепанных косухах, — и свернул к Торговому углу. Магические огни никуда не делись и бесцветными пятнами зависли на уровне третьих этажей стоявших на перекрестке домов. Подивившись чистоте тротуара, я прошел мимо неприметной двери сувенирной лавки и огляделся.

Прямо посередине перекрестка стояла белая «Газель» с синим соколом на боку, а два дружинника о чем-то болтали с охранником торгового комплекса. Припадавший на левую ногу толстяк вышел от Салавата, нервно покосился на дружинников и, чуть не сбив с ног катившего тележку с мусором и метлами дворника, незамедлительно скрылся в подворотне. Две молоденькие девушки обсуждали выставленные на витрине «Серого святого» амулеты. На приличном расстоянии от них, постоянно зыркая по сторонам, топтались три широкоплечих телохранителя. Я мысленно прикинул стоимость ювелирных украшений на девушках: да уж, им без охраны никак. Впрочем, и без украшений в одиночку таким цыпочкам в этом районе лучше не показываться. Дружина Дружиной, но мало ли…

Заметив мой интерес к подопечным, телохранители заметно напряглись. Что ж вы такие нервные, ребята? Я один, а вас трое, к тому же у каждого по «дыроколу». Да и здоровей вы меня раза в два каждый.

Отмахнувшись от расхваливавшего свой товар коробейника, я подошел к «Булату» и замер. Ни вывески магазина, ни до последней буквы знакомой рекламы автомата Калашникова больше не было. Вместо них во всю стену переливалась искорками небесно-голубая надпись: «Алхимия & Жизнь». Несколько минут я оторопело разглядывал зеркальную витрину непонятного заведения и, думаю, так и не решился бы зайти внутрь, если бы не заметивший мою растерянность охранник.

— Подсказать чего? — выбросил окурок в урну и подошел ко мне широкоплечий мужчина лет тридцати пяти.

— Тут же «Булат» раньше был, — указал я на ставшую черной вывеску, буквы которой приобрели стальной блеск.

— Да, хорошее заведение было. Перекупили его, — объяснил охранник. — Теперь всякой алхимической лабудой торгуют. Оружия почти не осталось. Один отдел только.

— Спасибо, — поблагодарил его я и все же решил заглянуть внутрь.