Сборник "Приграничье" (1-5 чатси)

Не понимаю, как мне удалось сдержаться, когда оказалось, что в дупель пьяный Николай преспокойно дрыхнет у Кузьмы Ефимовича.

— Ты ж его покалечишь! — Ворон оттащил меня от вяло отбрыкивающегося парня, сел на корточки, ухватил Колю за голову и начал яростно тереть ему уши. — Ну ты и Штырлиц, Лед! Вчера и словом не обмолвился, что оборотня завалили.

— Да я тут вообще не при делах, — отбрехался я и, почесав зудящую руку, спросил: — С чего ты взял, что это мы?

— Когда ты ушел, я пацанов знакомых встретил. Весь вечер только и разговоров было, как Бояринова какой-то лучник пристрелил. — Ворон сжал голову Николая и слегка приподнял. — Ну а как этого обормота увидел, сразу сообразил, о ком базар был. Сам рассказать не мог?

— Делов-то. Было бы что рассказывать.

— Ой-ой-ой. Типа, тебе это как два пальца?

— Задрали уже с этим оборотнем. — Макс со всего размаху ударил по стене ребром ладони. — Николай то, Николай сё… Тьфу!

Ветрицкий наконец пришел в себя, оттолкнул руки, сел на постеленном прямо на полу тюфяке и даже открыл глаза.

— Коля, ты живой? — Макс поднялся с кровати, застегнул пуговицы, заправил рубашку за пояс и, слегка припадая на раненую ногу, подошел к заваленному одеждой столу. В выделенной ему целителем беньдежке было жарко, но из открытой двери потянуло сквозняком.

— Еще не знаю, — кратко, но очень емко выразил свои мысли по этому поводу Николай.

— Ты уж определяйся побыстрее. — Я постучал кулаком о ладонь. — И учти, если мы через полчаса не выйдем, то ты стопудово будешь скорее мертв, чем жив.

— Куда спешим? — Николай, зажав ладонями виски, покачивался из стороны в сторону.

— Вообще-то мы уже час как выйти должны были. — Макс натянул свитер и взял со стола пояс.

— Сейчас уже утро? — ошалело оглядел нас Ветрицкий.

— А ты как думал? Давай, приходи в себя в темпе. — Я сунул Коле железную кружку с холодной водой и оглядел комнатку. — Лук твой где?

— Под столом вместе с автоматом валяется. — Макс принюхался к остывшему травяному чаю, вытащил размокшую апельсиновую корку и одним глотком допил. — Ефимыч сказал, в кости трещина.

— Когда ходить нормально сможешь? — чуть в голос не взвыл я. Ну и команда собирается! Хромой, два похмельных — Ворон с утра уже подлечился, но надолго ста граммов самогона не хватит. — и я, тоже не совсем здоровый.

— Как вчера и обещал — к обеду. — В открытую дверь заглянул целитель, без тени улыбки оглядел нас — думаю, его интересовало, не сотворили ли мы чего с комнатой, — и с непонятным намеком произнес: — Тут вами интересуются…

— Это кто еще? — насторожился Ворон и положил ладонь на рукоять пистолета-пулемета.