Адептка (сборник)

А вслед за тем распахнула дверь и пропищала взволнованно:

– Где ты? Где ты, мой ненаглядный? Где ты, мой ненасытный?

– Рановато что-то, – оглянувшись на странно захрипевшую пантеру, поделилась я с ней впечатлениями. – Обычно девушки в канун Нового года гадают и суженого зазывают, а она…

Я с подозрением взглянула на пантеру – она выглядела так, будто ее только что в чем-то уличили.

– Понятно, – посмотрев на поднос, осознала я самое очевидное и даже слегка обиделась: – Не мог меня подождать?!

– Долго. – Мордочка зверя опять изобразила нечто непонятное, но у меня не было ни времени, ни желания наблюдать за его ужимками.

– Так, – открыв дверь в свою комнату и подхватив поднос, кивнула я пантере, – входи.

Та как раз поднималась, видимо, готовясь величаво уйти, но пораженно плюхнулась задом на пол.

– Входи, – повторила я, – кормить тебя буду. Слуги все спят, а самостоятельно найти что-то на кухне умеем только я и Кимбол. Этого даже мама с папой не могут, хотя и живут в этом доме дольше, чем мы.

Насмешливо фыркнув, моя ночная гостья медленно вошла в комнату. Лунный свет проникал сквозь тонкие занавески на окнах, но животное передвигалось неспешно, словно боясь оступиться.

– Включить свет? – спросила я.

В ответ на меня насмешливо взглянули янтарные глаза.

– Понятно, мне тоже не надо, – буркнула я и обиженно ойкнула, ударившись о ножку кровати. – Какая-то луна сегодня тусклая…"

"Послышался щелчок, в комнате зажегся приглушенный свет ночника, и я остановилась, опустив голову и ожидая насмешек или фырканья. Еще бы, такой расчудесный повод! Мне уже целых восемь лет, а у кровати все еще есть ночник!

И я не стану… не стану объяснять, что папа собирался убрать его завтра утром…

Но ни насмешек, ни фырканья не было, и я взглянула на пантеру. Она вольготно разместилась в центре ковра и поджидала меня. Улыбнувшись, я приблизилась к ней, опустилась на ковер и, позабыв все грустные переживания, с благодарностью посмотрела на ночник, зажженный магом.

И тут же отбросила эту мысль – здесь мага нет! Здесь только я и пантера. Безумно красивая пантера – мои руки так и тянулись ее погладить. И покормить.

– Ешь, – подвигая к ней бутерброд, предложила я.

Пантера не стала строить из себя важного лорда и съела не только колбасу, но и хлеб. Она так же не воспротивилась второму бутерброду, и даже позволила себя погладить. А когда мы доели и бутерброды, и торт, пантера подмигнула, благодаря за ужин, лизнула меня в лицо и направилась прочь.

– И все-таки жаль… – открывая ей дверь, со вздохом сказала я.