Ты не сбежишь

Мама уходит, а Карташова опускается на мою кровать. Она спокойна, но спину держит слишком ровно, а значит весьма напряжена.

– Мальчишек слушаешь? – кивает на наушники, подключенные к телефону.

– Лекцию Смирновой по детской психологии. В понедельник семинар вообще-то.

– Я помню. Сегодня на пять вопросов материал вымучила, ещё пять осталось.

– Мне два осталось.

Присаживаюсь рядом с ней, подобрав ноги по-турецки и сдавливаю виски. Машка молчит ровно десять секунд, а потом наклоняется к самому моему лицу и шепчет заговорщицки:"

"– Ну, давай рассказывай, Лерок! Что вы там вчера с Миксом? У вас было?

Шикаю на неё, косясь на дверь. Вдруг мама всё же решит напоить нас чаем в моей комнате, ещё не хватало ей узнать обо всё, в том числе, что я не ночевала у Карташовой, а пьяная осталась после хоум-вечеринки у парня.

– Нет.

– Как нет? – Машка округляет глаза. – Вы что же – спать просто легли?

– Да. Маш, прости меня, что я вчера вот так. Мне стыдно, что напилась, оставив тебя одну. Просто Влад… он отмороженный. Придурок полный, понимаешь? Всё равно не отпустил бы, а так я хотела хоть как-то абстрагироваться. Никогда не знаешь, что у него в голове.

Но Машка же пришла не только спросить обо мне, это очевидно.

– А у нас было, – говорит она со смущённой, но безумно радостной улыбкой и втягивает голову в плечи.

– О! – всё, что получается у меня выдать, потому что я и правда в полнейшем шоке. – Маш, ты же его знаешь два дня. Вы только вчера замутили.

– Ну и что. Я так решила. Даже если у нас ничего не получится дальше, я жалеть не стану. Лучше испытать свой первый раз с рок-звездой и запомнить его на всю жизнь, чем потом жалеть об упущенном моменте.

– Ну…

Сказать нечего. У Машки своя философия, и она не плохая. Просто я думаю иначе. И, честно говоря, очень сомневаюсь в этом их «дальнейшем». Понятно же, что парни развлекаются. Просто методы у них разные. Один методично и долговременно ширяет спицы в мозг, а второй сцапал сразу.

– Лер, – тянет она, заливаясь румянцем. – Всё было так офигенно!

Мы, наверное, класса в восьмого мечтали, как однажды расскажем друг другу у кого как этот момент произошёл. Честно и в подробностях, как настоящие подруги, только взрослые. Но сейчас я почему-то смущаюсь, а вот Машка, кажется, решила следовать нашей древней договорённости.

– Он был такой нежный и классный. Всю меня зацеловал. Даже… кхм… там, – Машка всё же густо краснеет и опускает глаза. А у меня в голове вспыхивают свои воспоминания, заставляя сжать зубы и тряхнуть головой. – Не спешил никуда. Больно было, конечно, но…

– Сильно? – перебиваю её. Всё же любопытство пересиливает смущение.

– Ну не так чтобы вообще, – Карташова немного морщится и кусает губы. – Но я даже попросила перестать.