Найти «Сатану»

И хватит исполнять обязанности – считай, что ты уже полноценный начальник штаба!

Около девяти Георгий отпер замок своей квартиры. Только перешагнув порог, он почувствовал накопившуюся за последние дни усталость. Хотелось просто раздеться, упасть на кровать, вытянуться во весь рост и ничего не делать. Знакомый запах домашнего очага, такая привычная, домашняя атмосфера – всё вокруг излучало спокойствие. Но владевшее им внутреннее напряжение не отпускало.

Инесса выбежала в прихожую, помогла снять шинель, быстро поцеловала в щеку. Она была в белоснежном махровом халатике выше колен и лыжных шерстяных носках, которые странно выглядели в паре с домашними шлепанцами.

– Ножки мерзнут, – по-детски надув губки, пояснила она, поймав удивлённый взгляд мужа.

Георгий обнял жену за талию, поцеловал в губы.

– Нет, девчонки курили, вот и меня провоняли…

«На балконе курила, поэтому и носки надела», – понял холодный аналитик-штабист, который давно догадывался, что супруга тайком покуривает. Но любящий муж промолчал.

– Переодевайся, я пока ужин приготовлю. Ты же не предупредил, что придёшь…

– Жена мужа должна ждать всегда, – буркнул штабист.

Любящий муж попытался улыбнуться, но улыбка вышла неискренней – не хотелось даже шутить.

– Не нужно ужина, – сказал он. – Я не голоден. Купаться и спать.

Смысл последней фразы Инесса истолковала по-своему: когда муж вышел из ванной, она уже лежала в постели, как обычно, голой.

«Упасть на кровать и ничего не делать не получится, – поняли штабист и любящий муж одновременно. Но последний не огорчился. – А впрочем…»

Впрочем, делать ему почти ничего и не пришлось. Инесса вначале скользнула вниз, и горячие губы возродили усталую плоть к жизни, потом оседлала мужа и так умело начала сладострастную скачку, что все тревоги последних дней куда-то исчезли, а напряжение стало постепенно растворяться… Стрессы, ответственность, ожидание катастрофы как будто остались в другой жизни. А в этой не было места ничему, кроме выступивших от усердия капелек пота на груди, равномерно покачивающихся розовых сосков, разметавшихся по белым плечам волос, искаженного страстью любимого лица и закушенной губы… Они одновременно вошли в финальную фазу, вскрик любящего мужа и стон добросовестной жены слились воедино. Будто сраженная пулей, всадница повалилась рядом. Некоторое время они лежали молча и неподвижно. Потом Инесса повернулась на бок, прижалась всем телом, обняла, забросила на мужа ногу.

– Ну вот, ножки согрелись… Хочешь, потрогай…

Балаганский погладил гладкую ступню.

– Да, действительно…

– Прихожу в себя. Это были очень напряженные дни.

– Бедный, бедный Жорик! – Она покрыла его щеку и шею поцелуями.

– Зато теперь я начальник штаба.