Сапфировая королева

Только что поляк был здесь, а в следующее мгновение испарился, скрылся, растворился в воздухе, ушел в параллельное измерение. Дверь не скрипнула, окно не растворилось, а Валевский пропал, словно его никогда тут не было.

Вместе с ним исчезла и серебряная монетка со стола.

Глава 27

Дама и динамит. – Пропавшая запонка. – Разделяй и властвуй."

"Кошка Дуся только-только начала засыпать после полного треволнений дня. Но едва ей нарисовался в сладкой дреме живший по соседству кот Мурзик, хулиган и знатный мышелов, как кто-то начал стучать в дверь. Сон развалился на части, и оказалось, что она находится все в той же разгромленной гостиной, где еще не до конца успели прибраться.

Стук повторился еще громче и настойчивей, и через гостиную, зевая, прошлепала в домашних пантуфлях с лампой в руке Наденька Русалкина.

– Ах, ну что там еще… – простонала девушка, открывая дверь.

Совершив сие простое действие, она вытаращила глаза и отступила назад, едва не выронив лампу.

Перед ней стоял Леон Валевский.

– Ой, – растерянно молвила Наденька. Потому что надо же было, в конце концов, хоть что-нибудь сказать. – А вы…

– Я сбежал, – объяснил Леон. – Это во-вторых. А во-первых, доброе утро. Или доброй ночи? Честно говоря, я не уверен.

После чего он весьма уверенно оттеснил Наденьку в глубь дома и ногой захлопнул дверь.

– Я позову на помощь, – сказала Наденька слабеющим голосом, отступая.

– Не советую, – многозначительно молвил Леон и поглядел на нее загадочно. Настолько загадочно, что Наденька окончательно проснулась.

– Вы не имеете права советовать мне что бы то ни было, – сказала она, начиная сердиться. – Потому что вы обманщик.

– Как и все люди на земле, – парировал Валевский.

– И… и вор!

– Таково мое призвание, и я ничего не могу с этим поделать. Вы же не станете требовать от пианиста, чтобы он колол дрова.

– Ах! – возмутилась Наденька. – И вообще, вы ни во что не ставите российскую словесность!

– Терпеть не могу книги и тех, кто их пишет, – объяснил Леон. – Как-то мне пришлось сидеть в одной камере с сочинителем бульварных романов, так то время было настоящей пыткой. Он прикончил жену согласно рецептам из своих книжек, но его схватили уже на следующий день, незадачливый душегуб замучил меня вопросами, что он сделал не так. А в конце концов оказалось, что его просто видел дворник, когда убивец тащил труп к реке.

– Так вы что, собираетесь меня прикончить? – распахнула глаза Наденька.

– Нет, – честно ответил Леон. – Собственно, я всего лишь хотел вас предупредить.

– Наденька, в чем дело?

На пороге показался взлохмаченный Аполлон Русалкин, который на ходу прилаживал на нос очки.

– Между прочим, – объявил Валевский, – я серьезно рискую. Но, конечно, мне уже раньше следовало догадаться.