28 сантиметров счастья

Уже почти стемнело, и скоро мы должны отправиться.

В глубине двора, за ровно подстриженными кустами роз я вижу детскую игровую площадку. С яркой горкой, песочницей, качелями и домиком. Сердце неприятно колет обида. Это все сделали к рождению Мирослава. Жаль, что только для него этот дом и этот сад стал родным. Только у него он будет вызывать теплые воспоминания, когда Мир станет намного старше.

Спустя полчаса со стороны дома раздаются шаги. Я поворачиваю голову. Отец спускается по ступенькам, разговаривая по телефону. Лениво окидывает взглядом двор, но меня, похоже, не замечает. Я сижу в тени.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— … нет, — доносится до меня его голос, — не рыпаться, пока он не отдаст моего сына. Даже если будет медлить. Нет. Как только Мир будет рядом со мной — прикрываете меня и можно начинать, еще раз повторяю. Это ясно? Запомни, сука. Как два своих пальца. Часть охраны Садаева отрежем на входе. Чтобы меньше людей его окружало. Потом спишут все на чей-то заказ. Место там идеальное. Окна простреливаются отлично.

Боже. У меня пробегают по телу мурашки размером с крупного таракана. Он выманил Рустама, чтобы убить там. Идеальный план. Сегодня я стану вдовой. А, может, и сдохну рядом. Отец не станет тревожиться из-за моей смерти. Только жаба немного подушит из-за упущенного наследства. Зато будет прекрасное алиби: он не замешан в этом. Его дочь убили заодно с зятем. Какая трагедия.

Я медленно поднимаюсь с лавочки, когда отец проходит мимо меня. Он заметно вздрагивает и резко разворачивается.

— Твою налево, — выдает недовольно он, — ты что притаилась? Давай в машину мою садись.

— Ладно, — говорю я. Быстро обгоняю отца и чувствую, как подозрительный взгляд жжет спину. Он подозревает, что я все слышала. Надеюсь, он считает меня полной идиоткой, которая может только сбегать из дома и беременеть от его конкурента, а не мысленно сейчас просчитывает, как разрушить планы родителя.

До места мы доезжаем достаточно быстро. В машине я молюсь о двух вещах: первое — успеть придумать хоть какой-то план, чтобы моего мужа не убили, и второе — чтобы я не поелозила неудачно на сиденье и не выстрелила случайно куда-нибудь. Например, себе в ногу.

Мы выходим из машины. Первое, что я вижу на входе в заведение — арка металлодетектора и медленно начинаю холодеть.

«Черт. Черт, черт, черт» — бьется в голове, покуда мы приближаемся к этой арке. Какой-то мужчина проходит ее и раздается громкий писк. Охрана не реагирует абсолютно никак. Дьявол. Но зачем-то они стоят тут? Рустам ходит с оружием. Его охрана тоже.