"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12

Засуетившиеся журналисты стали быстро выскакивать из зала суда, стараясь побыстрее донести сенсационную новость до редакторов своих газет, радио- и телестанций.

Самым невозмутимым человеком в зале была Шейла Карлайл. Она растянула губы в едва заметной улыбке и опустила глаза.

СиСи Кэпвелл, который был уверен в том, что Дэвид Лоран убил его двоюродную племянницу Мадлен, плотно сжал губы, и лишь его глаза, сверкавшие глубокой яростью, выдавали его внутреннее состояние.

Точно так же ощущал себя стоявший неподалеку от главы семейства Кэпвеллов Круз Кастильо.

Все плоды его труда были уничтожены. Разумеется, это не могло вызвать радости у Круза.

Мейсон Кепвелл низко опустил голову, стараясь скрыть свое глубокое разочарование. Лишь спустя несколько секунд он нашел в себе силы поднять голову и взглянуть на окружного прокурора Кейта Тиммонса. Тот, кусая губы, отвел взгляд от Мейсона.

Стоявшая рядом с Мейсоном Мэри Дюваль Маккормик, казалось, была спокойна. Однако ее дрожавшие губы и наполнившиеся слезами глаза выдавали тяжелое внутреннее состояние. Спустя несколько секунд, не выдержав, она вытащила носовой платок и стала вытирать слезы. Неудача Мейсона вызвала у Мэри не меньшее разочарование, чем у него самого.

Она прекрасно знала об отношении СиСи Кэпвелла к своему старшему сыну. А каждая неудача, которую испытывал Мейсон, приводила к тому, что СиСи все более отдалялся от своего сына от первого брака с Памелой. Вот и сейчас провал судебного дела, которое вел Мейсон, наверняка вызовет у СиСи волну неприязненных чувств к сыну.

К тому же Мэри была знакома со слабостями Мейсона… Обычно, испытывая неудачу, он распускался и на несколько дней вообще выпадал из нормального состояния. После приговора, который вынес суд присяжных, Мэри не ожидала ничего хорошего от Мейсона. Он наверняка сорвется с тормозов и наделает каких‑нибудь глупостей…

Следом за журналистами зал заседаний суда стали покидать и присутствовавшие на нем граждане.

Дэвида освободили из‑под стражи здесь же. Он покинул свое место подсудимого и, сложив на груди руки, с удовлетворением наблюдал, как мимо проходят те, кто желал ему зла. Стараясь не смотреть на Дэвида, из зала суда выходил Круз Кастильо. Лицо его было мрачным.

Дэвид направился к двери и окликнул полицейского инспектора:

Тот поднял голову и смерил Дэвида взглядом, полным горечи и разочарования. Круз неохотно остановился и повернулся к Дэвиду.

— Мне нечего сказать вам, — ответил он, — кроме поздравлений и извинений, но я выполнял свой долг…

Дэвид усмехнулся. Извинения Кастильо выглядели не слишком убедительно.

— Ты выполнял свой долг с большим рвением, — сказал Дэвид.

Кастильо был неприятен этот разговор.