Санта–Барбара II. Книга 1

Полисмен вытащил Маккормика из тесной клетушки и поставил возле Кастильо. После нескольких часов пребывания в скрюченном состоянии, ноги Маккормика подкашивались, руки, которые освободили от веревки, дрожали. Тяжело дыша, он с ненавистью смотрел на Мейсона, но не произносил ни слова. Кастильо озабоченно посмотрел на Маккормика, словно пытаясь убедиться в том, что он жив и здоров.

И на самом деле, Марк не пострадал. Лишь пара ссадин на лбу и громадный фонарь под правым глазом говорили о том, что Мейсон не удержался от рукоприкладства. СиСи хмуро буркнул:

— Что ты с ним сделал?

Мейсон задумчиво пожал плечами:

— Вообще‑то, я хотел сначала его убить, думал смогу, но ничего не вышло. Как видите, не получилось.

Маккормик, наконец, пришел в себя. Возмущенно ткнув пальцем в Мейсона, он закричал:

— Он добился моего признания только под дулом пистолета, он — гнусный негодяй и пьяница.

— А ты — насильник, — спокойно возразил Мейсон. — На твоем месте я бы помолчал, пока не найдешь адвоката. Если, конечно, кто‑нибудь после этого захочет защищать такого подонка.

Кастильо сокрушенно покачал головой:

— Мейсон, я надеюсь, что ты удовлетворил все свои желания. Потому что, если еще раз повторится такое, то боюсь, тебе самому придется пользоваться услугами адвоката.

На Мейсона эти слова не произвели никакого впечатления. Он по–прежнему стоял, слегка пошатываясь посреди крыши и холодно смотрел на Маккормика. СиСи сумрачно опустил голову, испытывая невероятный стыд за выходки своего сына. Точнее говоря, его чувства были смешанными — он понимал собственную степень вины за происшедшее и с Мейсоном, и с Мэри, и с Марком, понимал чувства Мейсона, которые привели его к случившемуся, и как ему сейчас тяжело и как ему требуется поддержка близких и родных. Вместе с тем, он был склонен оправдывать глупости, совершенные Мейсоном, только его психологическим состоянием и стрессом.

В любом случае отцу и сыну, после всего, что произошло, было о чем поговорить. Накопилось слишком много нерешенных вопросов, которые требовали незамедлительного решения, и СиСи был настроен поговорить об этом прямо здесь и сейчас.

Кастильо подошел к злобно взиравшему на всех вокруг Маккормику и взял его под локоть.

— А с тобой, парень, мы проедем в участок.

Марк с презрением посмотрел на инспектора Кастильо.

Круз спокойно ответил:

— Вы можете считать себя кем угодно, но на нашем языке это называется задержанием. Пока отправимся в участок для выяснения обстоятельств, а потом посмотрим. Думаю, что вам придется довольно туго. Кстати говоря, на право на адвоката я вам уже сказал, еще вы имеете право соблюдать молчание, и я вам буду очень благодарен, если вы сейчас воспользуетесь этим правом.

Под возмущенные крики Маккормика, они удалились.