Санта–Барбара II. Книга 1

— Знаешь, Иден, с тех пор, как ты оказала мне неоценимую услугу, уговорив СиСи не подавать на меня в суд, я все время думала, как бы тебя отблагодарить?

Иден пожала плечами.

— Ничего не надо, Джина. Ты же знаешь, что я абсолютно ни в чем не нуждаюсь и могу позаботиться о себе сама.

Джина вопросительно посмотрела на нее.

— А зачем же ты все это делала?

Иден задумчиво отпила мартини.

— Для того, чтобы ты оставила в покое нашу семью.

Джина вдруг стала суетиться и настойчиво повторять:

— Но, я, все‑таки, нашла способ отблагодарить тебя.

Иден решительно покачала головой.

— Ничего не надо, Джина, Давай забудем об этом и не станем возвращаться к этой теме.

Джина стала нервничать.

— Так я не могу, — ерзая на стуле, произнеся она, — я такой человек, что не люблю оставаться в долгу. Я всегда оплачиваю свои счета.

Иден задумчиво водила пальцем по ободку бокала.

— По–моему тебе просто скучно.

Джина стала отпивать мартини из бокала большими глотками.

Выпив весь янтарный напиток, она торопливо сказала:

— Я бы хотела, чтобы ты просто выслушала меня.

— Ну, хорошо. Что ты можешь сделать для меня?

Джина воспряла духом.

— Том, налей‑ка мне еще мартини, — крикнула она бармену.

— Тебе не кажется, что ты слишком много пьешь?

Джина уверенно помотала головой.

— Отнюдь, нет. Последнее время, как раз, я пью не слитком много. Ты вспомни, на что я была похожа, когда мы с СиСи расстались.

— По–моему, об этом лучше не вспоминать. Ты была похожа на старую развалину, откровенно говоря.

Джина гордо вскинула голову.

— А теперь посмотри, что я представляю из себя сейчас. Я сбросила уже, наверное, килограмм восемь веса, так что стаканчик–другой мартини мне не помешает.

Когда Том поставил перед ней мартини, она снова отхлебнула вина и продолжила:

— Ты хочешь, чтобы Круз Кастильо расстался со своей женой? С Сантаной?

Внезапно лицо Иден окаменела Оно стало похоже на какую‑то безжизненную маску, с плотно сжатыми губами и холодными, как лед глазами.

Она молча отвернулась и стала медленными глотками пить мартини.

— Да, ладно, — небрежно махнула рукой Джина, — я же не слепая и не глухая. Я все вижу. Я вижу, что происходит вокруг меня.

Иден спокойно поставила бокал на стойку и, стараясь сохранять хладнокровие равнодушным голосом сказала:

— И, что же ты видишь?

Джина радостно засмеялась и полезла, а сумочку за сигаретами.

Это был тонкий тактический ход — заставить Иден излишне нервничать и волноваться. Обычно такие штуки у Джины всегда срабатывали. Какой‑нибудь легкой, полуминутной паузой она могла выбить противника из колеи, заставить беситься.

Ока рассчитывала на то, что так произойдет и на этот раз.

В общем, она была не далеко от истины.

Иден стала, действительно, нервничать, но это было заметно только по ее слегка дрожащим рукам.