Санта–Барбара II. Книга 1

Он взял Келли под локоть и потащил ее в маленькую соседнюю комнату, где мебелью служили две огромные бутафорские кровати я табуретки будто бы сделанные для Кинг–Конга.

— Здесь, конечно, не слишком комфортно, — улыбнулся Перл. — И музыка не слишком мешает.

Они устроились па кровати поудобнее и Перл вытащил из кармана больничных брюк несколько листков плотно сложенной бумаги.

— Ты всегда носишь их с собой? — поинтересовалась Келли.

— Нет. Просто это последнее, что я написал. Буквально вчера. Ну вот, слушай. Рассказ называется «Больная больница».

Он развернул листочки и стал читать написанный мелким я убористым почерком текст: «Однажды я заболел. У меня воспалился желчный пузырь. Мне должны были сделать операцию. Мой личный врач порекомендовал мне клинику «Офелия».

— У нее очень хорошая репутация, — сказал он. — Думаю, что вы не разочаруетесь, если обратитесь за помощью туда.

На следующий день я приехал в эту клинику и меня провозили в кабинет дежурного врача. Это был мужчина лет пятидесяти, худой и бледный. Он встал с кресла и вынул изо рта градусник.

— Извините, у меня почти тридцать девять. И состояние не слишком хорошее.

Он уныло махнул рукой:

Несмотря на температуру, он привел меня в палату я посоветовал немедленно лечь. Потом вошла молоденькая хорошенькая медсестра, чтобы сделать мне болеутоляющий укол. Она слегка прихрамывала.

— Ох, если бы знали вы, сэр, — сказала она виновато улыбаясь. — Как в эту сырую погоду у меня разыгрывается радикулит.

Немного погодя явился профессор T рву мл, который назавтра должен был меня оперировать. Именно о вам говорил мне мой личный врач, рекомендуя мне его, как лучшего специалиста по заболеваниям пищеварительного тракта. Это был молодой, энергичный, обаятельный человек.

— Вам, честно говоря просто повезло, — с улыбкой сказал он. — Вряд ли кто‑нибудь лучше меня разбирается в болезнях желчного пузыря. Уж вы мне поверьте.

С этими словами он почему‑то оглушительно расхохотался.

— Завтра утром я займусь вами. Послезавтра другие займутся мной.

Я посмотрел на него с легким недоумением:

— Как вы не понимаете? Моему желчному пузырю тоже капут.

И он сделал такое движение как будто выбрасывал что‑то в помойку.

— Но у меня дело обстоит хуже, гораздо хуже. В вашем случае мы хотя бы знаем как и что, а вот у меня… У меня картина, — как бы вам сказать? Очень и очень не ясная. Разрезать недолго, а вот что там найдешь?

И он снова неудержимо расхохотался:

— Так говаривал мой учитель, профессор Риппер, и был прав несмотря на все научные достижения.

С этими словами профессор Траумп положил руку себе на живот с правой стороны и нажал. На лице у него появилась страдальческая гримаса.