Санитар каменных джунглей 2

Командир, убедившись что это безопасно, решил посмотреть на убитого монстра. — Тело сжечь.

Он развернулся и пошел в обратном направлении. Даже покалеченный и практически мертвый Зверь внушал ему трепет и ужас, и командир не хотел этого показывать своим подчиненным. Возмущаться никто не стал. Но оно и понятно, времена сейчас тяжелые, за любое неповиновение — расстрел.

Мало кто поддерживал командира, но при этом никто не мог осмелиться сказать хоть одно слово поперек. Когда он приказывает стрелять по мирным людям, пусть те и заражены, солдаты стискивают зубы и выполняют приказ, опасаясь за свою жизнь.

А Ранд всё это слышал. Никто не обратил внимания как под густой черной всклоченной шерстью начали зарастать страшные раны, медленно но верно совмещаться переломанные кости, а в единственный чудом уцелевший глаз вернулось зрение. И пусть уши его порваны, но даже так Зверь мог слышать разговоры на территории всего лагеря.

Ярость подобно морским волнам, накатывала, заполняя собой сознание монстра, и отступала под влиянием разума. Еще не время. Из четырех конечностей двигается только одна, пасть разворочена взрывом или попаданием крупного калибра. Нужно время и ресурсы для восстановления.

А ни того ни другого нет. Ранд отчетливо слышал как из деревни неспеша идет солдат, неся в руках колун и шепча себе под нос молитвы. Минута-две и придется начинать действовать.

Зверь снова закрыл глаз, сконцентрировавшись на восстановлении второй верхней конечности. И пусть говорят, что волка ноги кормят: Ранд не волк, руками добудет себе достаточно пищи. Тем более что одной ноги тупо нет, оторвана взрывом в области коленного сустава.

— А чё так тихо? — произнес один из бойцов, мигом прервав разговоры.

Он стоял спиной к Зверю и обратил внимание на то как замер рядовой что принес топор. Не будь на том противогаза, все могли бы отчетливо разглядеть как побледнел этот боец.

Зверь поднялся на руках, упершись когтями в землю, и тихо наблюдал за болтливыми солдатами. Нижняя челюсть его безвольно висела на связках, и оттого зрелище было еще более пугающим. Из открытой пасти свисал язык, по которому струилась кровь, и пусть некоторые клыки были раскрошены пулями, но даже остатков было достаточно чтобы вызывать у людей первобытный ужас.

Игра в гляделки продлилась недолго. Под дикий визг и крики, Зверь рванул вперед и одним взмахом разорвал на части двоих бойцов. Не давая времени своим врагам, он сбил с ног оставшихся, придавив их к земле лапами. Раздался громкий хруст, и панические крики стихли.

— Не стрелять! Он ранен! — выскочил из палатки командир. Между ордой зомби и разъяренным загнанным в угол Зверем он ошибочно выбрал второе.

Солдаты вновь посрывались со своих постов, и побежали в атаку, вооружившись чем попало.