Санитар каменных джунглей 2

Люди понимали, что сейчас к нему лучше не приближаться, и занимались лишь теми мертвецами, что каким-то чудом смогли пройти мимо рычащей мясорубки и упереться в шипы.

Дед времени зря не терял. На его щит сыпались удары покалеченных мертвецов, а топор только и успевал проламывать их головы.

— Ща как херану! — старик активировал способность своего оружия, и его острие начало мерцать, а по топорищу стали пробегать желтые разряды энергии.

Топор опустился на голову особенно прочного с виду громилы, и раскатистый грохот эхом прокатился по коридору. Голова, прикрытая костяными наростами лопнула словно арбуз, и измененный тут же обратился в прах, вызвав ликование и ёмкие, но радостные реплики старика.

Зверь обернулся на звук, но поняв, что у людей всё в порядке, продолжил крошить врага. По кольчуге звонко ударил метровый шип, отбросив черного монстра назад и сбив его с ног. Кольчугу в месте попадания порвало, и шип без какого-либо сопротивления прошил грудь Ранда, ломая кости и повреждая внутренние органы. Зверь захрипел и схватился за торчащий из него снаряд. Его тут же облепили мертвецы, но он, не обращая внимания ни на многочисленные удары, ни на укусы незащищенных частей тела, начал медленно вытягивать из себя шип. Этот также оказался с зазубринами, а потому черному монстру пришлось несладко, легкие от каждого движения повреждались всё сильнее, и хрип становился громче, а дыхание учащалось.

Рявкнув, Ранд изо всех сил дернул костяной шип, освободив рану, и пустил весь запас сил на Заживление. С каждым мгновением он чувствовал себя всё лучше, но при этом сил на то чтобы подняться у него совершенно не оставалось. Внутренние резервы тоже помогли не очень, так как он использовал эту особенность относительно недавно, в прошлой схватке с зомби около поселка.

Уйдя в астрал, он активировал Толчок, снова превратив в порошок навалившихся на него со всех сторон мертвецов. Прочистив себе путь, он в два быстрых прыжка перемахнул через заваленные серой пылью баррикады из шипов, и рухнул без сил.

Кровь по прежнему била ручьем из страшной раны, а потому Лика, не выжидая ни секунды, бросилась к Зверю, и положила свои слегка светящиеся ладони ему на грудь, закрыв глаза.

Ранд лишь краем сознания улавливал шум боя, маты старухи, грохот выстрелов и ругань деда. Мертвецы всё напирали, постепенно прорываясь сквозь заграждение. Старик без устали размахивал своим чудесным оружием, не стесняясь иногда применять и его способность, а также сбивал с ног коротышек ударами щита. Он словно вошел в боевой раж, позабыв про всё вокруг. Иногда ему доставалось, но деду будто было плевать на многочисленные раны, он не прекращая рычать и осыпать врага гневной руганью, стойко удерживал свою позицию, так и не отступив ни на шаг.