Санек (СИ)

По дороге разговорился с очень даже болтливым таксистом и узнал, что ехать нам за город и добираться туда на автобусе себе дороже. Долго, муторно и с несколькими пересадками.

Особняк родственников Абрама Лазаревича производил противоречивое впечатление. С одной стороны, само расположение дома намекает на хороший достаток. Тут были настоящие дворцы, и район этот, прямо скажем, предназначен не для бедных слоев населения. Но вот сам дом и постройки вокруг него всем своим видом буквально кричали, что они видели времена и получше. Глядя на фасад особняка, я подумал: не все ладно в этой части еврейского королевства.

Я не стал пока забивать себе голову лишними умозаключениями, не мое это дело, и не у меня должна голова болеть о благосостоянии этой семьи. Не будут дураками и займутся предложенным бизнесом, быстро встанут на ноги. Сейчас для меня главное получить нужную информацию.

Встретили меня поначалу неприветливо, и это еще мягко сказано. Дверь открыла пожилая дама необъятных размеров с выдающимся длинным крючковатым носом и взглянула на меня маленькими мутными близко посаженными глазами.

Очень неприятное впечатление произвела эта женщина, отталкивающее. Тем не менее, я сделал морду кирпичом, представился и попросил проводить меня к главе семейства, Льву Моисеевичу. Дама проводила меня в довольно просторную гостиную, велела подождать и не торопясь удалилась в глубину дома.

Ждать пришлось довольно долго, так что у меня было время осмотреться. Внутри особняк выглядел получше, чем снаружи. По крайней мере гостиная производила такое впечатление — в ней стояла даже на вид дорогая массивная мебель, явно расставленная здесь человеком с развитым чувством прекрасного, а стены были увешаны большим количеством картин. Эта комната казалась уютной даже несмотря на высоченные потолки, украшенные обильной лепниной и громадной люстрой посредине зала, и натертый до блеска паркет на полу. Похоже, здесь поработал действительно талантливый дизайнер или, может даже какой-нибудь художник-оформитель. На это намекала хитрая покраска стен, где разные оттенки краски как-то плавно сменяли друг друга, да так, что глаз эти переходы не улавливал. Впервые видел подобное, и мне даже захотел разобраться, как это в принципе можно сделать.

Прошло довольно много времени, и вот с той стороны, куда ушла дама, появился важный, весь какой-то напыщенный мужик лет сорока с черными, как смоль, волосами, прилизанными к голове и обильно смазанными чем-то блестящим. Он густым басом велел идти за ним. Далеко идти не пришлось, за дверью, откуда появился этот напыщенный гусь, был еще один зал, назначение которого я не особо понял.