Санек (СИ)

Было бы прикольно стать попаданцем, вот только куда мне попадать? Так-то я всегда мечтал переиграть кое-какие войны, начало Великой Отечественной или там русско-японскую, но это так, мечты диванного вояки. На самом деле, как и любой другой разумный человек, я понимаю, что отдельно взятый человек — это даже не песчинка в масштабах мироздания, а порох, который колесо истории переедет, даже не заметив.

Тут мои размышления перебил на удивление громкий сигнал автомобильного клаксона. Я отвлекся на него и только одно успел подумать: «хочу в незагаженный цивилизацией мир, хорошо бы куда-нибудь в прошлое, к Петру I или Екатерине II, в принципе, можно и в какие-нибудь тридцатые годы, во времена Cоюза, да пофиг куда, главное в прошлое…».

Не успел додумать до конца эту свою хотелку, как наступила тьма, и я потерялся.

Глава 1.

Проснулся я от громкого крика.

— Санька, вставай, орясина, хватит уже почивать!

Невольно подумал: «дед, иди нафиг, я тут помираю, а ты орешь как оглашенный».

Дед между тем не унимался.

— Вставай, говорю тебе, дел сегодня много, — и добавил после короткой паузы: — Сейчас в дом зайду, хуже будет.

Потом он ещё что-то орал, а я в это время в прямом смысле этого слова охреневал.

Да и как по-другому, если, открыв, глаза первое, что я увидел, — это земляной пол и потемневшую от времени бревенчатую стену.

Успел прошептать тихонько:

— Что за хня происходит? Какой нафиг дед? Где я?

И тут меня накрыло. В голове будто граната взорвалась, и на меня навалились воспоминания о моей жизни в этом теле.

Сильнейшая боль, прям дикая, от этого огромного массива информации в голове была недолгой, но вымотала меня в край.

В себя пришел мокрым от пота, как мышь, но первая осознанная мысль была такая: «полжизни боялся пьянствовать из-за одного зелёного недоразумения, а оно, оказывается, на самом деле было? Не глюк?»."

"Мимоходом отметил для себя, что как-то я слишком спокоен для попаданца. Где радость или восторг от получения новой жизни? Странно все это, может, так и должно быть? Первый опыт все-таки. Начудили что-то инопланетяне, не должен я быть таким безэмоциональным. Но это ладно, переживу, наверное.

Следующие мысли и вообще ни в какие ворота не лезли: «теперь я точно знаю, что от большого объема знаний, полученного за раз, голова болит на порядок сильнее, чем от самой сильной мигрени. Тяжёлая это ноша — куча информации, засунутой в голову так скоро, вредная для организма».

Размышляя о вреде знаний, я как-то незаметно перескочил на обдумывание места и времени, в котором мне повезло очнуться, да и в целом о сложившейся ситуации. Такой вот был сумбур в мыслях неожиданный. И вот что я как бы вспомнил о своей новой жизни.

Зовут меня теперь, как и в прошлой жизни, Александром Николаевичем, правда по фамилии я не Игнатьев, а Кузнецов.