Санек 3

Интерлюдия

— Что скажешь, Лис? Не слишком много мы от парня хотим? Всё-таки задача сформировать армию гражданскому человеку на пустом месте, да ещё и за свой счёт, на первый взгляд выглядит авантюрой.

— Коба, вспомни, сколько сейчас стоит наш парень. Он справится, я в него верю. Наши специалисты в восторге от действий его ЧВК в Испании. Они там хоть и недолго резвились, но показать себя успели во всей красе. Ворошилов говорит, что если он здесь сформирует полноценные дивизии, способные воевать так же, как ЧВК, то им равных не будет на поле боя.

— Лис, ты же сам слышал, как тут восприняли его идеи наши теоретики, не верят они в жизнеспособность профессиональной армии. А ведь на этом совещании не дурачки сидели, а заслуженные люди. Неужели ошибаются?

— Коба, вот что ты от меня хочешь сейчас услышать? То, что я верю в парня, я тебе уже сказал. Он делом доказал, что его словам можно доверять. Если скажет, что сможет сформировать и обучить эту армию, значит сделает, если не сможет, просто не будет браться за это дело.

— Угу, если ты так рассуждаешь, тогда ответь: в войне с твоими соплеменниками он тоже был уверен, что победит? Ведь он только случайно выиграл, пройдя по самому краю. Только благодаря везению он остался жив, ведь был обречён на проигрыш, что бы он ни постарался придумать. Только захваченными бумагами он смог напугать ваших старцев до мокрых штанов и тем самым получил отсрочку. Зная вашу мстительную натуру, я уверен, что это противостояние ещё не закончено. Парня ведь приговорили, так?

— Знаешь, Коба, ты не прав по поводу нескольких основополагающих вещей. Первое: нельзя запугать, как ты выразился, старцев народа, который веками подвергался гонениям. Много раз этот народ за время своего существования был на грани исчезновения. Поэтому нет, не напугал он глав ведущих семейств. Убедил своими словами, что они не правы. И по поводу противостояния — оно закончено. Парню не будут мстить или как-то вредить в его делах, наоборот, помогут, чем смогут, если понадобится. Был уже в истории еврейского народа период, когда значимые люди поверили словам никому не известного парня и тем самым смогли избежать уничтожения нации. Главы семейств в Аргентине увидели и восприняли в Александре того, кто однажды спас наш народ. Если хочешь, он сейчас для евреев очень авторитетный человек. Не мессия, но близко."

"Абрам Лазаревич, высказавшись, расслабился, откинулся на спинку стула, вытер носовым платком выступивший на лбу пот, немного поразмышлял, глядя на задумавшегося собеседника, и добавил:

— Коба, давай, может, я всё-таки уйду на пенсию, а? Устал я что-то за последнее время, как никогда в жизни. Да и доверия товарищей по партии лишился из-за дел, связанных с соплеменниками.

— Лис, не начинай снова.