Шлейф сандала

– И взгляд его был совершенно другим! Говорю же, черт в него вселился! Старые люди учили, что защититься от него можно только крестом, молитвами, а еще все комнаты ладаном окурить. Не переносит нечистый этого запаха! Или же сесть на улице и грызть семечки, а когда черт спросит: «Что делаешь?», ответить: «Вшей грызу». Противно ему станет и уйдет он восвояси! А еще…

- Так, остановись! – засмеялась я. – Никто вшей грызть не будет. Давай мы по-другому сделаем. Говорил ли Жариков, где остановился?

- Да… На квартире… В соседнем переулке, а что? – девушка внимательно смотрела на меня в нетерпеливом ожидании."

"- Мы должны в его жилище попасть и все выяснить, - заговорщицким тоном произнесла я. – Думаю, там найдутся ответы на все наши вопросы. Главное, чтобы Жарикова в этот момент дома не было.

- Батюшка пригласил его в «Яр» завтра вечером, чтобы с друзьями познакомить, - взволнованно прошептала Минодора.

- Отлично! Значит, начинаем расследование! – я подмигнула ей. – Выведем твоего черта на чистую воду!

На лице Минодоры отразилась душевная борьба, и мне на секунду показалось, что она откажется от такой авантюры. Но пора бы уже было изучить характер купеческой дочери. Оказывается, она просто мысленно решала, как ей лучше уложить женишка.

- Ежели в Жарикова и правда нечистый вселился, я его святой водой окроплю! А ежели он от подлости душевной, то придется управу искать или же за ноги, об стену да в пруд.

Я изумленно взглянула на Минодору, и она звонко рассмеялась.

- Да шучу я! Шучу! А там… кто знает…

Ну и Дорка Жлобина! Вот как ее после этого можно Квашней называть?

- Только расследование наше тайное! Нам нужно внешность изменить! – я окинула подругу пристальным взглядом. – Станем-ка мы с тобой мужчинами!

- Как это мы ими станем? – девушка нахмурилась, но сообразила быстро. – А-а-а-а… Давай! Я могу брата одежу на себя надеть!

- Отлично! А я что-нибудь у дядюшки возьму попроще! Будем барин и слуга!

По комплекции я как раз подходила на роль мальчишки, а Минодора сыграет важного господина. Мало ли, что там за дела с Жариковым творятся. Нечего нам отсвечивать.

- А мне нравится! – радостно воскликнула девушка, чуть ли не хлопая в ладоши. – Обидно, конечно, но ничего… У меня воля такая, что ух! И рука крепкая!

Договорившись, что она придет сразу же, как только отец с женихом уедут в ресторан, мы попрощались. Я сходила в душ и стала готовиться ко сну. Завтра предстоял тяжелый день.

Рано утром все домочадцы, кроме Прасковьи, собрались к аптекарю. Тимофей Яковлевич вечером обошел клиентов, и те, кто располагал свободным временем, сразу согласились помочь. Селиван приготовил телегу для вещей Никиты Мартыновича, и мы отправились перевозить еще одного жильца.