«Сандал», которого не было

– Никто заднюю не включает! Речь о том, что старший должен быть пацаном авторитетным и уметь решать вопросы с московской братвой!

– Вот и давайте решать! – махнул рукой Змей, как саблей рубанул.

– Ладно! Предлагай тогда! Ты сам, может, на место Тайсона метишь?

Змей усмехнулся в ответ:

– Тайсона место незавидное – теперь он под плитой могильной! А на место главного – почему бы и нет?!

– Ну, давай голосовать тогда! Пусть каждый открыто скажет! Мы ж не гимназистки, чтоб на бумажечках писать! Давай, по порядку… Кто там с краю? Молчун, давай ты говори: за или против!

– Я не против! – нехотя сказал Молчун. – И не за! Воздержусь я, вот что! – вспомнил он забытое слово.

– Воздержу‑у‑усь! – передразнил Змей. – Говори уже конкретно, чем я тебя не устраиваю?

– Не наезжай на него! – вмешался Худой. – Я тебе скажу: сильно резкий ты! Сам подставишься и людей подставишь. Извини за прямоту, брат, ты сам хотел услышать! Ты смелый, этого не отнять, но смелости тут мало.

– Какие обиды, брат?! – развел руками Змей. – Спасибо, что честно сказал.

– Остальные как? – спросил Индеец. – Кто «за» – поднимите руку!

Он обвел взглядом присутствующих.

– Вопросов нет, все по-чесноку! – согласился Змей.

– Какие еще предложения будут? – спросил Индеец.

Все молчали. Кто-то смотрел на других, как будто впервые их видел, кто-то задумчиво рассматривал заснеженные деревья за окном и гуляющих между ними Бачу и Колобка. Решать ответственные вопросы братва не привыкла. Исполнять приказы – это одно, а предлагать старшака – совсем другое… Тем более если завтра с тебя за это спросить могут.

– А я предлагаю Шума! – неожиданно сказал Змей.

Взоры тринадцати пар глаз в ту же секунду обратились на нового кандидата. Шумахер даже заерзал на стуле – такого оборота он не ожидал!

– Почему Шума? – усмехнулся Индеец. – Потому, что он из твоей бригады?

– Потому, что он грамотный и Тайсон ему верил!

– Тайсона больше нет! А насчет грамотного… По силовой линии – да. Но кого из блатных он знает? И кто знает его? С какими бригадами он связь держит? Он и у нас-то недавно, хотя проявил себя хорошо, братва его уважает. И все равно, считаю, рано ему! Пусть сначала бригадиром походит, как мы с тобой!

– А ты свое мнение не навязывай! – Змей начал злиться. – Пусть каждый сам решит и проголосует!

– Ладно! Раз ты настаиваешь… Кто за Шума?

Руки подняли трое: Змей, Татарин и Боцман.

«Надо же! – удивился Шум. – Выходит, и вправду меня ценят…»

Ему было приятно, что его поддержали почти столько же бойцов, сколько и старожила Змея.

– Может, кто-то себя тогда предложит, если ни меня, ни Шума не хотите? – с ехидцей спросил Змей.

– Зачем себя? – ответил Худой.