«Сандал», которого не было

Пригибаясь и стараясь не производить шума, Мухтарыч побежал дальше в степь, надеясь затеряться в лесополосе или просто оторваться от преследователей. Но те развернули машину, и безжалостный дальний свет фар высветил его бегущую фигуру. Как в тире! Пули засвистели совсем рядом, хорошо, что стог сена был уже рядом и Мухтарыч спрятался за ним. Но огонь не прекратился, более того, судя по гортанным крикам, преследователи, разделившись на две группы и стараясь не попадать в снопы света, сокращали дистанцию, беря его «в клещи». А на трассе остановилась третья машина – прибыло подкрепление.

Мухтарыч поменял местами спаренные магазины – один был уже пуст, достал из внутренних карманов два полных и положил рядом. Нащупал переводчик огня и сдвинул вниз – на одиночный.

«Теперь возьмут меня в кольцо, и все, не уйти. И патронов не густо, особенно пистолетных… Хотя с пистолетами все равно много не навоюешь…»

Утром в райцентре Мохк-Мартан у прокуратуры, точнее, на месте взрыва возле прокуратуры собрались все, кто мог: местные и прикомандированные милиционеры, сотрудники ФСБ, представители военной комендатуры и собственно пришедшие на работу, изрядно напуганные прокурорские. В центре окруженной забором территории, вокруг приличной воронки, работала следственно-оперативная группа: два следователя, несколько оперативников различных ведомств, судмедэксперт, эксперт-криминалист, взрывотехник. Два милицейских сержанта, растянув рулетку, переходили от объекта к объекту, прикладывая ее к земле и громко озвучивая измеренные расстояния, а следователь записывал их в протокол: «От забора до центра воронки – шесть метров, от центра воронки до объекта номер один – два метра сорок сантиметров, от центра воронки до объекта номер два – три метра шестьдесят сантиметров…»

Второй следователь при участии судмедэксперта осматривал и описывал «объекты»: «Объект номер один – часть человеческого туловища без головы, в серой куртке со следами ожога на передней поверхности, объект номер два – голова мужчины, предположительно двадцати – двадцати пяти лет…» Судмедэксперт давал ему пояснения и переводил визуальное восприятие объектов в сферу медицинской терминологии. Надо сказать, что как визуальное восприятие, так и его научное описание были ужасными.

Криминалист фотографировал общую картину и делал узловые и детальные снимки, взрывотехник собирал фрагменты взрывного устройства, делал соскобы со стенок воронки и прилегающего асфальта. Неприметный человек в штатском снимал все на видеокамеру.