Самый страшный след

А через два месяца комдив вручил ему перед строем первую боевую награду. В начале сорок второго старший лейтенант Васильков уже командовал взводом разведки.

Эта служба была ему по душе. Ночные переходы через линию фронта, рейды по тылам противника, засады, диверсии, охота за «языками»…

Так, в разведке, он и закончил войну. Уже командиром роты, майором.

* * *Спешно привезенный из Государственного академического Малого театра гример заканчивал работу. Кабинет был хорошо освещен, по центру перед зеркалом сидел Васильков, вокруг него ходил пожилой лысеющий мужчина с волшебными руками. Александр прямо на глазах превращался в статного старца. Точнее, в настоящего служителя православной церкви.

Примолкшие сотрудники оперативно-следственной группы тихонько расползлись по дальним углам и с застывшим удивлением на лицах наблюдали за происходящей метаморфозой. Собственно, вся работа заняла не более получаса, причем часть этого времени гример потратил на обсуждение будущей внешности Василькова. Поняв, что от него требуется, мастер тотчас приступил к работе и минут за двадцать «соорудил» из сыщика священника.

— Готово, — сказал он, делая шаг назад и критически осматривая свое произведение.

— Охренеть, — прошептал Старцев. — Саня, теперь я знаю, как ты будешь выглядеть через сорок лет.

Гример усмехнулся и принялся укладывать свои инструменты в саквояж.

— Вы внимательно наблюдали за моей работой и, надеюсь, поняли основные правила грима? — поинтересовался он у «священника».

— Да, Аристарх Николаевич, суть уловил, — кивнул тот.

— Вот и отлично. Теперь можете накладывать грим самостоятельно. Парик, бороду и усы я вам оставляю, как вы просили. Также оставляю клей с кисточкой и тональную краску двух оттенков. Третий оттенок — самый светлый — простите, забираю с собой. Он в ужасном дефиците, а у нас завтра премьера.

— Примите огромную благодарность, Аристарх Николаевич, от лица всего уголовного розыска. — Старцев пожал ему руку. — О реквизитах прошу не беспокоиться. Как только закончим операцию, немедленно все вернем в полной сохранности. И пожалуйста, о нашей встрече никому ни слова.

— Да-да, понимаю. Будьте покойны — об этом не узнает ни одна живая душа.

Отправив гримера на «муровском» автомобиле в театр, Иван позвонил Урусову и доложил о готовности. Комиссар пожелал лично посмотреть на главное действующее лицо и вскоре уже входил в кабинет оперативно-следственной группы.

Загримированный Васильков произвел на него сильное впечатление. Задав ему пару вопросов и убедившись, что «обедни тот не испортит», Урусов пригласил всех к разложенной на столе карте.

— Использовать в операции прогремевшее в уголовной хронике Челобитьево было бы нерезонно — преступники сразу почуют неладное.