Самый эльфийский поцелуй

«Оглох он, что ли? Тут такой момент, а он статую из себя изображает!»

— Я остаюсь! Здесь с тобой! Навсегда! Я не уйду! Слышишь? Я люблю тебя!

Собственно, это всё, что я успела сказать, потому что статуя вдруг ожила, схватила меня в охапку так, что кости затрещали, и поцеловала.

Ох, мамочки, это был самый лучший поцелуй в моей жизни. С бабочками в животе, пустой головой и таким ощущением счастья, что хотелось веселиться и танцевать. А еще больше хотелось раствориться в этом мужчине. Полностью, без остатка.

Всхлипнув, я обняла Грея за шею, отвечая на поцелуй с тем пылом, на какой только была способна.

Легкость, ощущение полета…

Где-то на краешке сознания часы на башне били двенадцать раз.

А потом вдруг одиночество и пустота…

Фея всё-таки выполнила свое обещание и вернула меня домой.

Глава тридцать пятая

Грей Эшфорт

Катя исчезла.

Только секунду назад была в его руках, такая хрупкая, нежная… любимая. А потом раз — и исчезла, растворившись в воздухе.

— Нет, — пробормотала мужчина, хватаясь за голову. — Нет-нет-нет!

Этого не может быть! Просто не может. Она не могла исчезнуть.

Часы на старой башне показывали одну минуту первого.

Наступил новый год.

А он… получается, что он поцеловал её в полночь…

— Идиот! — рыкнул мужчина, сгибаясь от боли, разрывающей сердце.

Какой же он идиот. Нельзя было целовать её, нельзя!

Грей и не собирался. Не хотел.

Но Катя… Когда девушка вдруг появилась перед ним, такая красивая, нежная… когда она сказала, что остается, что любит… он просто отключился. Все мысли пропали, осталось только желание — взять, схватить, поцеловать.

И Катя. Его Катя! Вернулась домой.

— Я же говорила, что пожалеешь, — раздался рядом знакомый до боли голос.

Эрхаза в странном розовом платье с рюшами и оборками и короной на голове сидела на подоконнике, свесив ноги, и, прищурившись, смотрела на него.

Смеялась, издевалась.

— Верни её! — крикнул Эшфорт, шагнув к старой ведьме. — Верни её!

— Катриэль? Так она мертва. Была отравлена еще десять дней назад. Сейчас её тело находится в спальне. На кровать уложила, как положено.

— Верни мне Катю!

— Не могу. — Эрзаха пожала плечами. — Это она загадала желание. Как и ты загадал много лет назад. Помнишь?

Он помнил. Очень хорошо помнил.

— Ты меня вызвал, Грей. Вызвал и попросил изменить тебя. Убрать кровь ненавистной матери и сделать тебя похожим на отца. Не так ли?

— Так, — глухо произнёс мужчина, до боли сжимая кулаки.

— От элвов в тебе не осталось ничего. Я убрала светлые волосы, уши, миловидность. Но ты сам закончил образ. Стал коротко стричь волосы, даже бороду отпустил. Сделал всё, чтобы как можно меньше походить на мать. Чтобы вытравить само воспоминание о ней и вашем родстве.

— Верни Катю…

— Но при всём при этом ты всё равно остался наполовину элвом.