Самые темные дороги

– Так что вам на самом деле нужно в «Следопыте»?

– Вы дружите с Баком Джонстоном, – сказала Ребекка и отпила маленький глоток.

– Было бы славно узнать ваше имя. – Ребекка улыбнулась так дружелюбно, как только могла, и сделала еще один глоток. Теплое жжение от виски оставляло приятное ощущение.

– Цинн Гутман. Собираетесь записать это, детектив? Сделать частью вашего расследования?

Ребекка посмотрела ей в глаза:

– Интересно, какого расследования?

– Смерти вашего отца. Все говорят, что вы не верите в его самоубийство.

Цинн смерила Ребекку бесстрастным взглядом. Послышался треск рассыпавшейся пирамиды бильярдных шаров. У Ребекки было тяжкое ощущение того, что трое мужчина за столом внимательно наблюдают за ее разговором с барменшей. Зазвучала новая песня. Кто-то еще вошел в бар за ее спиной. Ребекка заставила себя не поворачиваться.

– И группа по расследованию тяжких преступлений из Килоуна придерживается такого же мнения, – сказала она, сделав очередной глоток. – Они приступают к официальному расследованию.

Хотя Ребекка попросила Джанет Ганьон не разглашать эту информацию, о ней все равно станет известно завтра, когда приедет группа Грейс Паркер. А Ребекке хотелось посмотреть, как Цинн Гутман, подруга Бака Джонстона, отреагирует на такое откровение.

Барменша заметно напряглась и приподняла бровь. В ее взгляде появился неподдельный интерес; потом она посмотрела на мужчин, сидевших за столиком.

– На каком основании дело было открыто снова? – В ее голосе опять зазвучал немецкий акцент.

– Я не имею права говорить об этом. Но мне хотелось бы побеседовать с владельцем бара. Он здесь?

Цинн еще раз быстро взглянула на мужчин, потом повернула голову и крикнула:

– Уолли! Тут кое-кто хочет побеседовать с тобой!

Дверь за баром распахнулась, и наружу вышел мужчина около пятидесяти, с морщинистым лицом и близко посаженными глазами.

– Эта женщина, сержант Ребекка Норд, хочет перемолвиться словечком с тобой. Она – дочь Ноя, помнишь, того старика, который сгорел при пожаре?

Ребекка внутренне вспыхнула, но сохраняла бесстрастное выражение лица, пока Уолли в молчании смотрел на нее несколько секунд, а потом шагнул вперед.

Ребекка объяснила Уолли, что она ищет сведения о старом баре «Девилс-Батт». Цинн Гутман внимательно слушала, протирая стойку. Ребекка подозревала, что все ее слова будут переданы мужчинам за столом уже через несколько минут после ее ухода. А возможно, и Баку Джонстону.

– Мы можем поговорить наедине? – спросила Ребекка.

– Мы можем поговорить прямо здесь, – ответил Уолли.

Их взгляды столкнулись. Она физически ощущала на себе внимание мужчин за столом.

– Хорошо, – тихо сказала она.