Самые темные дороги

В подростковом возрасте у него несколько раз были неприятности с полицией и о нем пошла дурная слава.

Ребекка подумала о Рикки и о том, как Эш старался предотвратить именно такую участь для внука Бегущего Ветра. Волна непрошеной нежности к Эшу едва не захлестнула Ребекку. Ощущение родства. Старые чувства, которые она больше не хотела испытывать.

– Наверное, Тревор думал, что он может оставить прошлое позади и начать все заново в Лос-Анджелесе, как хотела Уитни, – сказала Джанет.

– Тревор мог причинить ей вред? То есть если бы он решил, что она предала или обманула его?

– Тревор? Не думаю. – Она выдержала паузу. – Но кто знает, какие монстры могут таиться в голове у мужчины? – Джанет рассеянно посмотрела на шкатулку. – Я была уверена, что отец Уитни никогда не поднимет руку на меня.

– Поэтому вы разошлись с ним?

Она снова кивнула и закусила губу. И у Ребекки снова защемило сердце. Все мечты этой матери пошли прахом.

– Вы знаете, с кем дружил Тревор?

– У него не было постоянных друзей. Он работал на нефтеносных песках и по другим контрактам на севере. Иногда его приятели приезжали в город и околачивались тут вместе с ним и Уитни. Но я никого конкретно не помню.

– До того как Уитни оставила прощальную записку, она давала понять, что сильно поправила свое финансовое положение?

Джанет резко вскинула голову.

– Забавно, что вы говорите об этом. Ее подруга Ариэль сказала об этом гораздо позже, когда ваш отец уже отказался от поисков. И я думала… я хочу сказать, что Ариэль говорила о весьма значительной сумме. Просто она думала, что это деньги Тревора.

– Значительная сумма – это сколько?

– Порядка пятидесяти тысяч долларов. Если не больше.

Ребекка изумленно покачала головой.

– На нефтеносных песках можно заработать вполне серьезные деньги, – заметила Джанет. – Хитрость в том, чтобы сохранить их. Большинство парней тратят их с такой же скоростью, с какой и зарабатывают. Одна поездка в город, и дело с концом. Но, с другой стороны, это могли быть не те деньги, которые он сэкономил на контрактной работе. У меня сложилось впечатление, что время от времени он торговал легкими наркотиками. Может быть, он занимался тем же на нефтяных приисках. Многие из этих парней в то время сидели на кокаине.

Ребекка занесла это в блокнот. Но теперь она столкнулась с вопросом, которого боялась больше всего.

– Джанет… – Она кашлянула. – Вы знали, что ваша дочь была беременна?

Джанет безжизненно уронила руки перед собой, как будто локтевые нервы оказались перерезанными. Ее рот слегка приоткрылся.

– А она была беременна? – прошептала она.

– Судя по всему, да.

Молчание. Часы тикали на стене, ветер свистел за окном.

– Внук. Я могла бы иметь внука?

Ребекка дала ей время, чтобы осмыслить это.