Самые близкие

Ну и истории твои видела. Все до одной. Не знаю, как Яна, а я бы точно тебя не простила. И не подпустила к себе Но у вас дочь, и свое мнение я оставлю при себе.

— Хорошо, что ты не Яна. — замечаю я и обращаюсь к Кате: — Ну а ты? Есть что сказать напоследок?

— На какой еще последок? Мало того, что выгоняешь нас и ведешь себя как хам, так, может, и с подругой общаться запретишь?

— Глупости. Как я могу что-либо запрещать взрослому человеку? Утром здесь были Эрик-младший и Гордеев, теперь вы. Понимаю, все хотят поддержать Яну, за это спасибо, но сейчас мы хотели бы побыть вдвоем, без посторонних лиц.

Девчонки переводят вопросительные взгляды на Яну.

— Это так. С вами мы потом встретимся и поговорим. Извините, — немного вымученно улыбается она подругам.

— Ну ладно, — громко вздыхает Катя. — Друга твоего как найти? Дай его телефон.

Я оставляю Кате и Вике номер Матвея, девчонки прощаются, и мы с Яной наконец остаемся одни.

Смотрю на нее, чувствуя безграничную любовь. Которую хочется отдавать. Подхожу и привлекаю Яну к себе. Крепко обнимаю.

— Сказать, о чем я мечтаю? — тихо шепчет она.

— Ну?

— Сбежать отсюда. Хоть ненадолго. Надоела больничная атмосфера, процедуры, уколы. Для моей психики это катастрофа. А еще я очень жалею о том, что у меня не было как у большинства мамочек. Не родила сама, не выписалась, не провожу дни в кругу близких…

— А когда тебя выпишут?

— Когда у Алины все будет хорошо. Вообще, врач готов отпустить хоть сегодня. Я уже восстановилась после операции. Ну относительно. Но папа договорился, чтобы меня здесь как можно дольше подержали. Удобно, что Алина рядом и я всегда могу с ней быть. Для меня это важно.

— Получается, тебя можно отсюда похитить?

Яна дергает плечом.

— В людные места мне сейчас нельзя. Любая инфекция может навредить Бусинке. Я не могу так рисковать. Поэтому и не заговариваю о выписке."

"— А хочешь, ко мне домой съездим? Хотя бы на вечер? — предлагаю я.

— Не знаю… — неуверенно отзывается она. — Я завтра уточню у врача.

— Зачем завтра? Я сам сейчас все узнаю. — Отпускаю Яну и иду к двери.

Не представляю, кому может нравиться в больнице. Столько времени в них провел, что тошнит уже от этих стен. И роддом не исключение.

Врача я нахожу сразу и после непродолжительного разговора получаю разрешение забирать Яну по вечерам. Под ответственность дежурной медсестры. Уточняю у нее на всякий случай, какие процедуры Яне назначены. Та сообщает, что ничего кроме уколов, и напоминает, что физические нагрузки, в том числе работа по дому, из-за кесарева и шва пока нежелательны. Но мыть полы я никого не собираюсь заставлять.

Возвращаюсь в палату, натянув угрюмую гримасу.

— Отказали? — печально хмыкает Яна. — Что я и говорила. Могли бы хоть погулять отпускать.

Расплываюсь в широкой улыбке.