Я дрался с самураями

Война вступала во второй этап — стратегического равновесия сил.

Помощь Китаю из Советского Союза продолжала поступать. Прибывали и новые добровольцы.

Наша группа возвращась на Родину. Возвращались далеко не все: китайская земля приняла останки храбрецов.

Живые, опаленные огнем сражений, понесли свое умение в степи Монголии, к берегам Халхин-Гола, где вновь скрестили пулеметные трассы с самураями в воздушных боях.

Добровольцы Испании, добровольцы Китая, бойцы Халхин-Гола — летчики! Война для вас началась много раньше 22 июня 1941 г., и много раньше осиротели ваши семьи. Пусть же знают все, как жили, сражались, побеждали эти рыцари неба.

Анатолий Пушкин

летчик-бомбардировщик

Весной 1938 года меня в составе большой группы летчиков-бомбардировщиков вызвали в Москву, на отборочную комиссию, которая должна была решить, куда нам предстоит ехать — на Испанскую войну или в Китай. Хотя все мы уже прошли усиленную летную подготовку под руководством такого опытного боевого командира как Тимофей Тимофеевич Хрюкин, который сам недавно вернулся из Испании, все равно волновались не на шутку — возьмут, не возьмут. Но, как выяснилось, переживали мы напрасно — заседание комиссии, которую возглавлял комкор Смушкевич, оказалось недолгим: меня только спросили, готов ли я помочь китайскому народу в его борьбе против японского ига, и после моего утвердительного ответа объявили, что я включен в списки летчиков, направляемых в Китай. Так же легко прошли отборочную комиссию и мои товарищи — пилоты, штурманы, стрелки, техники — все возвращались с заседания веселые и довольные. Только не подумайте, что в Китай посылали кого попало или, хуже того, гнали насильно — нет, все мы были добровольцами и убежденными интернационалистами, все рвались в бой, все получили отличную подготовку: отбирали действительно лучших, но отбор шел еще на стадии формирования группы, поэтому последнее заседание комиссии и превратилось в простую формальность.

А. И. ПушкинКомандовать нашей группой назначили того же капитана Хрюкина, которого летчики между собой прозвали «Петром Первым» — он действительно был внешне похож на героя знаменитого романа Алексея Толстого: такой же худой и длинный, как жердь, с круглым лицом и порывистыми угловатыми движениями, такой же нескладный на вид, но поразительно сильный — в юности Тимофей Тимофеевич работал грузчиком и молотобойцем, и рукопожатие у него было как стальные тиски. Впоследствии он стал выдающимся военачальником и дважды Героем Советского Союза. Причем первую свою Золотую Звезду он заслужил в Китае.