Жена самурая (СИ)

Оглядел наполовину разобранный мост, выстроившихся вдоль берега солдат Минамото и Фудзивара и обнажил катану. Повинуясь взмаху меча, его воины двинулись вперед.

— Раз! — выкрикнул Фухито и выпустил вторую стрелу одновременно со своими людьми. Боль в его раненом плече стала почти нестерпимой. — Два!

Он успел сделать третий выстрел, когда с другого берега — их отделяло не больше половины тё* — начали отвечать.

Фухито приник к земле, пока над ним со свистом проносились стрелы, и с тревогой повернул голову, чтобы отыскать взглядом Кенджи-саму. Тот, припадая на правую ногу, на корточках продвигался ближе к берегу.

Характерный всплеск воды дал им понять, что солдаты Тайра преодолели не разобранную половину моста. Фухито вскочил и бросился туда, презрев поредевший град стрел.

Почуяв запах крови, на двух берегах испуганно заржали лошади.

Фухито ступил по колено в воду, и его пятки утонули в мягком иле. Подле него выстраивались воины, а напротив спрыгивали с моста в ледяную речку солдаты Тайра. Фудзивара удобнее перехватил катану, готовясь занести ее для первого удара. Они заняли удобное положение, перекрыв единственный подступ к крутому, покатому берегу. В этом месте речка мелела, и ее с трудом, но можно было перейти. Чуть дальше же вода накрывала с головой, и потому можно было не опасаться, что кто-то из людей Тайра сможет обойти и их и выбраться на берег в стороне, нанести удар в спину.

Их сил хватит, чтобы выдержать прямую атаку. Не так уж много солдат нужно, чтобы защитить узкий подступ к берегу.

— Токи-но-коэ! * — зло закричал Фухито и стремительно шагнул вперед, чтобы первым встретить врага.

Его катана с чавкающим звуком вспорола чью-то плоть, и он увидел, как закатились глаза поверженного солдата.

Очень скоро река вокруг них стала алой от крови, а ее течение унесло мертвые тела на много тё вперед."

"— Токи-но-коэ! — раздавался то с одной, то с другой стороны старинный самурайский клич. Непримиримые соперники умирали с одними словами на устах.

Фухито потерял счет времени; иногда ему казалось, что небеса и земля поменялись местами — настолько все смешалось перед глазами. Он падал и уходил с головой в воду, поднимался, отфыркиваясь, в потяжелевшей, набухшей одежде, что стесняла движения. Он убивал и получал ранения, отступал и шел вперед. Перешагивал через мертвых — своих и чужих.

Ярость питала его изнутри, не позволяла опустить катану. Схожую ярость он видел и в глазах воинов: расправа над Такеши произошла в их присутствии, и за поруганную честь своего господина они отплатят сполна.

Фухито рычал сквозь зубы, когда стало невыносимо раз за разом вскидывать оружие; стискивал зубы и замахивался вновь.