Самовар с шампанским

Видать, кому-то плохо на борту стало, и вызвали коммерческую медицину.

– Странно, что не муниципальную службу, – пробормотала я, – и не вашего врача из аэропорта.

Анна скривилась:

– Да что он может? Давление померяет и начнет ноль три набирать. Сейчас многие за деньги лечатся, пилот мог попросить землю в зону прилета любого специалиста позвать. Я сказала тетке: «Справочная вам не нужна, идите в дверь «А», она между выходами «один» и «два» расположена, туда всех, кому плохо, привозят».

– И врач поспешила туда? – обрадовалась я.

– Наверное, – пожала плечами Анна. – Я покупательницей занялась, по сторонам не глазела.

– На куртке у нее была надпись «Клиника», – повторила я. – Просто «Клиника», без названия?

Анна наморщила лоб:

– Не запомнила больше ничего. Зачем оно мне?

– Женщина, долго трепаться будете? – произнес за моей спиной недовольный мужской голос. – Тут аэропорт, люди спешат.

Я отошла от ларька, отправилась искать дверь «А» и довольно скоро нашла ее. За створкой скрывалось большое помещение, смахивающее на холл отеля.

– Добрый день, – сказала девушка, сидевшая за стойкой. – Мы обслуживаем инвалидов и тех, кто нуждается в перевозке. Если встречаете больного, назовите, пожалуйста, номер рейса и фамилию человека.

– Здравствуйте, – улыбнулась я. – Моей сестре стало плохо на борту. Она прилетела из Парижа. Хочу узнать, куда ее поместили?

Служащая посмотрела на экран ноутбука:

– Сегодня к нам никто не поступал.

– Это было позавчера, – уточнила я. – Людмила Бритвина, рейс из Парижа приземлился в пятнадцать с минутами. Проверьте, пожалуйста, я очень волнуюсь.

– Бритвина? – повторила девушка. – За ней приезжала «Скорая», врач сюда подходила. Но пассажирку к нам не доставляли. Я посоветовала доктору обратиться в представительство авиакомпании, которая осуществляла перевозку, они обязаны знать, что с клиентом. Вероятно, Бритвиной стало легче и она сама ушла. Если кому-то делается плохо на борту, нас всегда предупреждают, мы подаем к трапу «Скорую» или присылаем сопровождающего, в зависимости от тяжести состояния человека. Но позавчера ни одного вызова не зарегистрировано.

– Я побывала у сотрудника компании, – соврала я. – Он ничего про Бритвину не слышал и не смог ответить, кто вызвал «Скорую». Сказал лишь: «Пилот нам ничего не сообщал, спросите в службе помощи инвалидам, вероятно, они в курсе».

– Вечно все на нашу структуру валят! – возмутилась дежурная. – Сами накосячат, а мы расхлебывай.

– И где мне теперь искать Милу? – захныкала я. – Домой она не приезжала.

Собеседница свела брови в одну линию:

– М-да. Задача. Знаете, что могло произойти? Бритвина спокойно вышла из самолета, подурнело ей не в полете, а на земле. Ваша родственница сама вызвала «Скорую».