Самовар с шампанским

Он ушел из дома с чемоданом, я через час нарочно пошла кофе пить к Франсуазе, она любопытна, как кошка, и язык у нее длиннее, чем Сена. К вечеру вся улица знала, что в доме у матери крыша прохудилась, зять порулил помочь теще. Все прекрасно началось. Но в среду Поль мне позвонил и сказал, что кто-то влез в квартиру, где он живет, и украл три тысячи евро, все, что у него было при себе. Мне пришлось взять деньги из заначки и тайком их ему передать. А год назад супруг сообщил: «Банк предлагает ВИП пенсионную программу, нам придется делать взносы чуть больше, зато мы получим медицинский полис с бесплатной госпитализацией в больницу Святой Анны». Я обрадовалась, это роскошная клиника для богатых людей, и подумала: к старости болячки придут, на докторах разоришься. Нет бы мне сообразить, ну с какой стати банк обычным вкладчикам эксклюзивные условия предлагает? Но я сглупила и согласилась. Сумма отчислений увеличилась, но страховками, пенсиями у нас всегда занимается Поль. Я ему так верила! Вот откуда у Луизы взялись деньги на бизнес-билет до Москвы! И нет у нас никакой новой программы по ренте, ты отдавал накопления девчонке! Врун! Никогда тебе обмана не прощу!

– И это говорит женщина, которая втайне от мужа накупила недвижимости больше, чем мэрия Парижа, – усмехнулся Поль. – Ну да, я помогал Луизе, она очень нуждалась.

– Бизнес-билет до Москвы! – взвилась Лоретта. – Мы на отдых всегда экономклассом на самых дешевых местах летаем! Я скоро поверю, что ты мне изменял с этой шлюхой!

Поль почесал шею:

– Луиза мне стала как дочь, у нас с ней было намного больше общего, чем с Роже и Мари. А бизнес-класс пришлось взять, потому что ей потребовалось спешно вылететь в Москву, дешевых мест не осталось, хорошо, хоть дорогие нашлись, последний билет купил. Луиза боялась не успеть к Ангелине, та умирала. А взносы? Да, я давал девочке деньги.

– Девочке? – заорала Лоретта. – Да ей тридцать стукнуло, она ненамного моложе меня!!!

Поль посмотрел на жену:

– Мне она казалась запуганной, такой я ее впервые увидел. И первые четыре года, живя в Париже без всякой поддержки, она ко мне не обращалась, работала в большой компании, переводила документы, получала маленькую зарплату. Она не брала в руки карты после всего, что с ней случилось. Но потом у бедняжки начались психологические проблемы.

– Какие? Уточните, – потребовал Николя.

– Страхи всякие, – вздохнул Поль. – Она не могла ходить по улицам – боялась, что из окна горшок с цветком упадет и убьет ее. Дорогу с трудом переходила, опасалась, что машина выскочит и ее собьет. В кафе не заглядывала, там в тарелку можно яд подсыпать…

– Да она сумасшедшая! – всплеснула руками Лоретта.