Само совершенство. Том 1

А еще лучше, вернуть ей хорошее настроение. Поэтому он слегка улыбнулся и сказал:

— Ты совершенно права. Мне действительно это начинает нравиться.

— Мерзавец.

Рассвет окрасил серое небо в розовые тона, и Джулии показалось, что Бенедикт, судя по всему, заснул. Он заставлял ее ехать по боковым дорогам, избегая автострад, и поэтому машина с трудом пробиралась по глубокому снегу со скоростью примерно тридцать миль в час. Трижды они застревали в пробках, но тем не менее продолжали медленно продвигаться вперед. Всю ночь по радио передавали сообщения о его побеге, но чем дальше они углублялись на территорию Колорадо, тем меньше внимания уделялось его исчезновению. Наверняка никто не ожидал, что он направится на север. Туда, где не было ни аэропортов, ни важных железнодорожных магистралей, ни автобусов. Недавно они проехали знак, сообщающий, что впереди находится площадка для отдыха, и Джулия молилась, чтобы на ней, так же как и на предыдущей, было хотя бы несколько грузовиков с водителями, отдыхающими в кабинах. На протяжении всей изнурительной ночной поездки она не прекращала продумывать возможные варианты побега и остановилась на одном, который казался ей наиболее вероятным. Как только они подъедут к площадке, она резко нажмет на тормоза и выскочит из машины, крича достаточно громко, чтобы разбудить спящих водителей. Тогда, если все получится так, как ей мечталось, несколько мускулистых шоферов — желательно вооруженных пистолетами и кастетами, проснутся, выпрыгнут из машин и бросятся ей на помощь. Они повалят Захария Бенедикта на землю и разоружат его, а потом позвонят в полицию по одному из своих радиотелефонов."

"Джулия понимала, как глупо рассчитывать на то, что все получится именно так, но даже если удастся хотя бы ничтожно малая частичка ее плана, например, если один водитель проснется и поинтересуется причиной ее криков, то, скорее всего, и тогда ей удастся избавиться от Захария Бенедикта. Потому что если она выскочит и начнет кричать, ему не останется ничего иного, как забрать ее машину и уехать. Он ничего не выиграет, если пристрелит ее, а потом будет ходить от одного грузовика к другому и убивать водителей, не говоря уже о том, что первый же выстрел привлечет всеобщее внимание. Любая попытка повторить финальную сцену из его боевика «Перестрелка в Оклахоме» была бы большой глупостью. А Захарий Бенедикт был кем угодно, но только не дураком.

И она решила рискнуть.

Джулия бросила испытующий взгляд на Бенедикта, чтобы убедиться, что он спит. Скрестив руки на груди и вытянув длинные ноги, он сидел, прислонившись головой к боковому окну. Дыхание было ровным и спокойным.