Билли Саммерс

Хорошо еще мы сразу его не пристрелили, потому что после смерти Альби Старка мы до сих пор ходили злые как черти. Динь-Динь даже поднял автомат, но Кляча толкнул ствол вниз и велел оставить ребенка в покое.

— В следующий раз он нас встретит с калашом, вот увидишь, — сказал Джордж. — Надо их перебить, всех до единого — как тараканов.

Четвертый дом оказался самым большим жилым домом квартала — настоящий особняк с куполообразной крышей и пальмами во внутреннем дворе. Жил там явно какой-то зажиточный баасист. Вокруг стоял высокий бетонный забор с сюжетной росписью: дети играют в мяч, прыгают через скакалку, носятся по двору, а на них смотрят женщины. Вероятно, с одобрением, но точно сказать нельзя, потому что они с головы до ног закутаны в паранджи. Чуть в сторонке стоит мужчина. Наш толмач Фарид сказал, что это мутаваин. Женщины присматривают за детьми, а мутаваин присматривает за женщинами, чтобы те своим поведением не возбуждали в мужчинах похоть.

Мы все перлись от Фарида, потому что акцент придавал ему сходство с юпером[42] из Траверс-Сити. На самом деле многие толмачи говорили как мичиганцы, уж не знаю почему. «Каррдинка адначает, чдо в эдод алятфал, в эдод дом, детям можно приходидь иградь».

— А, то есть это веселый дом, — сказал Хой.

— Нет, веселидзя в доме нельзя. Только во дворе.

Хой закатил глаза и хохотнул, но больше никто не смеялся. Мы все еще думали об Альби и о том, что на его месте мог быть любой из нас.

— Ладно, ребят, погнали, — сказал Тако. — Повоюем.

Он вручил Фариду матюгальник, на боку которого кто-то печатными буквами написал: «ДОБРОЕ УТРО, ВЬЕТНАМ», — и сказал

2

Топот бегущих по лестнице ног выдергивает Билли из воспоминаний об Эль-Фаллудже. В подвал врывается запыхавшаяся, растрепанная Элис.

— Кто-то приехал! Я поливала растения и увидела, как у дома остановилась машина!

Билли даже не спрашивает, точно ли она видела машину — по лицу ясно, что да, видела."

"— Думаешь, это они? Дженсены вернулись? Я телевизор выключила, но я пила кофе, запах наверняка еще стоит, а на столе блюдце! Крошки! Они сразу поймут, что кто-то…

Билли чуть отодвигает занавеску и выглядывает в щель. Если бы машина подъехала к самому дому, он ее не увидел бы — угол обзора не тот, — но «фьюжн» занял почти всю дорожку, и новую машину прекрасно видно. Это синий внедорожник с царапиной на боку. Он кажется знакомым. Не успевает водитель выйти на улицу, как Билли вспоминает: это же Мертон Рихтер, риелтор, сдавший ему квартиру.

Билли вскидывает подбородок.

— Дверь заперта?

Элис мотает головой. В ее вытаращенных глазах читается ужас, но паниковать пока рано — возможно, все еще обойдется. Ничего страшного, даже если Рихтер подергает ручку и заглянет в квартиру, когда ему не откроют.