Сами мы не местные

Семью Арона я, к стыду своему, ещё ни разу не видела. — А то я там одна вовсе со страху помру. Хоть вообще всех знакомых зови, я только рада буду.

— Хм, — снова говорит Азамат. — А это идея. О том, где твой дом стоит, знают только работники, которых я нанимал, да мои друзья. И все они сегодня были на тренировке. Дом только с воды и виден, с берега скалы закрывают. Я ещё, когда место выбирал, смеялся, мол, прямо боевое укрепление строю. Обзор, опять же, хороший… Может, там штаб сделать? Всё равно нужно какое-то место, я думал, к матери всех созвать, но это уж очень далеко. Ты как, не против, если мы все к тебе вломимся?

— Азамат, какое против! Вламывайтесь, конечно! — я даже дрожать перестаю от радости. Я-то уж думала, до конца этой эпопеи его не увижу, а так буду в самом центре событий! Ну или хотя бы информационного потока. — Тем более, если Арон привезёт мои аппараты и препараты, я же там и лечить смогу, если, не дай боги…

— Тоже верно, — кивает Азамат. — Ну что ж, решено. Ты как себя чувствуешь?

— Да нормально вроде, — пожимаю плечами. Первый шок спал, руки не трясутся, не мёрзну, в голове ясно.

— Тогда можно тебя попросить порулить немного? Мне бы надо разослать всем указания, да ещё кое-кого из наёмников подбить поучаствовать…

Меняться местами в тесном унгуце не очень удобно, так что Азамат просто сажает меня к себе на колени, а потом отодвигается из-под меня вправо. Унгуц всё это время висит неподвижно над редкими ёлочками. Прочно усевшись за рулём, я трогаюсь с места. Азамат закапывается в мобильник. Мобильник маленький, а Азамат большой, медведем нависает над блестящей штучкой, смотрится забавно. Кажется, я и правда в порядке. Даже странно.

Арон звонит часа через два, говорит, что вылетел со всей семьёй, забрав всё, что смог упихать. Надеюсь, он ничего не поломал из моих хрупких устройств.

Всю дорогу до Дола Азамат строчит послания, звонит и принимает звонки, договаривается о поставках, собирает людей, передаёт координаты. Он делает это так привычно, как будто всю жизнь воевал. Ну, вообще, это не далеко от истины, соображаю я. Последние пятнадцать лет он, собственно, на этом и зарабатывал. А чем он жил до того, я, кстати, понятия не имею. Но в Первой джингошской-то участвовал…

— Азамат, — спрашиваю, когда в его переговорах образуется пауза. — А почему вам в прошлый раз не удалось их прогнать?

— Да потому, что у нас вечно каждый за себя, — ворчит он. — Уважаемый мужик скорее удавится, чем признает, что сосед лучше него разбирается в военном деле. И каждый город перед другими нос задирает. Кто подальше — Орл, Сирий — те вообще Ахмадхот как столицу не признают.

— Ну да. То есть, Старейшины-то признают, а вот горожане… в общем, разобщённые мы слишком, не можем толковую армию собрать.