Самая старая дева графства Коул

Всё тело мазюкать по новой потом не обязательно, ведь блистать на пляже в купальнике мне не придётся. А вот взять с собой этого удивительно грима я решила побольше. Кусок размером с голову меня не сильно подломит, да и своя ноша, как говорится, не тянет!

До заката я собрала все свои манатки, еще раз полистала книгу, доела сухари с колбасой и вышла в путь. Оба бурдюка теперь пригодились мне для глины. Жадность в моем прошлом мире зовётся и жабой, и домовитостью. Я склонялась ко второму варианту.

Полянка вдоль леса на берегу тянулась и тянулась. Пугало, что снова начнутся болота, а мы тут со своей грязью! Нам больше не надо. Но ландшафт начал меняться, и к полной темноте река моя начала круто забирать вправо.

Заночевала я в этот раз в наскоро собранном из веток гнёздышке, где постелью мне снова служили мои вещи, а одеялом – дырявая шаль. Утро не было добрым, потому что голод, поселившийся во мне с вечера, усилился. Я кипятила воду, заваривала несколько видов трав по чуть-чуть, боясь отравиться слишком уж концентрированным отваром. Желудок принимал жидкость, на несколько минут задумывался, а потом, поняв, что его снова обманули, принимался рычать всё громче и громче.

К следующему вечеру я вышла к полю. Мычание коров я услышала издали. Сердце забилось радостно. Но мозг приказал желудку не сильно-то рассчитывать, потому что вопросов я вызову у пастухов немало.

Оставив свой скарб в лесочке, отметила место обломленной веткой и решила обойти стадо, чтобы понять, сколько с ним пастухов. Оно вполне могло принадлежать местному маркизу Карабасу. А маркизы тут между собой, поди, общаются. А значит, могут знать об украденной, надеюсь, так пока и думают, невесте старого пердуна со взглядом Чикатило.

Пастухов было трое. Старшему не больше двенадцати! И дела до стада им не было совсем. Ребятишки резвились возле реки, где часть коров вошла в воду. Я еще раз прошла дугой возле леса и отметила, что коровы меня совсем не пугаются.

Ребёнком я была городским. Да и взрослой не имела опыта дойки крупного рогатого скота, как, впрочем, и мелкого. В общем, любого скота я не видела близко, кроме как по телевизору. Но желудок посылал в мозг столько советов и практических указаний, что тот сдался."

"— Ну, Бурёнка, привет! – тихо и напевно произнесла я. Ближайшая, с раздутым, в заметных голубоватых жилках выменем, замерла и повела ушами, глядя на меня с интересом. Я сорвала пучок травы и протянула ей. Держа свой «подарочек» на вытянутой руке, медленно подошла.

Корова подумала, а потом сделала несмелый шаг в мою сторону. Потянулась к траве, обнюхала, поводила по ней мордой и, наконец, приняла мою подачку. Хлебу она обрадовалась бы больше, но у меня в хозяйстве размером с рюкзак была лишь глина.

— Вот смотри, какая вкусная травка. Получше, чем там.