Самая старая дева графства Коул

Мне хотелось знать, о чём они думают, как собираются жить дальше. Однако я понимала, что это не моё дело. Хотелось лишь скорее уехать, уединиться с Лео, вернуть ту простую жизнь, где мне не нужно было одеваться в платье и делать прическу, чтобы выйти из комнаты.

— В другом доме? Но здесь достаточно места! – заявила леди Безовек.

Я в этот момент думала о том, что мы живем здесь в разных комнатах с мужем, как, в общем-то, и принято в подобных домах.

Эмоций и разговоров хватает на то, чтобы вечером валиться с ног. Я же переживала о своем деле. Нет, не о том, что ждёт меня в Берлистоне, куда тоже стоит наведаться, чтобы получить свою долю и назначить управляющего. Я думала о своих серьгах. Теперь я могла развернуться на широкую ногу, не прятаться, иметь защиту.

— Матушка, у нас есть другие дела. Эдвард чуть окрепнет, и мы с ним всё решим. Ты же отдыхай, наслаждайся жизнью и жди внуков, - Лео взял руку матери, сидящей от него слева, и поцеловал.

По правую руку сидел Эдвард. Марк, как и раньше, занимал за столом место хозяина дома.

— Думаю, пора поставить все точки… - голос старшего брата прозвучал в столовой очень странно: я не слышала его со дня суда.

— Точки? – Эдвард поднял на него взгляд, потом посмотрел на Лео и улыбнулся. — Думаю, ты сейчас больше нас знаешь о делах… семьи. Пока ты остаёшься управляющим. Конечно же, если ты этого хочешь. Вы останетесь жить в доме. Только вот комнату хозяев нужно освободить. Это комната матушки. Дальше… Думаю, Лео не будет против, если всё в доме останется как прежде.

— Нет, я не против, Эдвард. А ты, матушка? – Лео глянул на мать, опустившую глаза.

Мне показалось, ей стыдно за Марка. Стыдно за то, что вырастила такого мужчину.

— Нет, ни в коем случае, тем более скоро в доме будут дети, но… Завтра к нам приедет нотариус. Я решу всё разом, чтобы больше не касаться этой темы. Марк, как бы ты ни поступил, ты тоже мой сын. И я не хочу, чтобы ты сейчас жил, копя злобу, планируя месть. Я больше не могу растащить вас, как в детстве, когда вы дрались на конюшне, деля новую лошадь. Я пропишу всё в документе о наследстве. И он будет составлен так, чтобы подобного не произошло больше в нашей семье. У меня было время подумать над этим…

— Прости, матушка, - только и сказал Марк. Голос его был сиплым. Нет, я не поверила, что он осознал ошибку. Ведь до этого знал, что братья родные и по отцу, и по матери. Но даже зная это, оставил их «за бортом».

— Ты больше не хозяин наследства. Ты не имеешь ничего. Но если останешься в доме, и я не замечу с твоей стороны хоть намёка на козни, все мы сделаем вид, что любим друг друга, как раньше. Для детей, которые родятся здесь… мы должны быть одним целым, - закончила леди и махнула служанке, давая понять, что хочет подняться в свою комнату.