Самая младшая из принцесс

— Я принцесса, — вскинув голову, произнесла я, — и я буду дружить с тем, с кем пожелаю, несмотря на его или ее положение в обществе, вы меня поняли, леди Нора?

Аристократка вспыхнула, и ее лицо теперь могло поспорить цветом с локонами мисс Брадшо.

— Я вижу, поняли, — добавила я.

Элеонора шагнула ко мне, придвинулась так близко, что наши лица оказались почти рядом. Я даже чувствовала идущий жар от ее полыхающих щек. Она определенно была зла.

— Это неправильный выбор, леди Элиза, — протянула она, шипя от негодования. — И вы скоро поймете это, — после чего, гордо развернувшись, направилась в сторону своей комнаты. Девочки стайкой потянулись следом, а я снова повернулась к золотоволосой девочке и улыбнулась ей.

— Ты зря спорила с Норой, — заявила та печально, — она сказала тебе правду. Я незаконнорожденная и своим присутствием в этом пансионе обязана только доброте своего отца, лорда Эдварда Хейли. Он надеется, что, дав мне образование, после сможет устроить в приличный дом гувернанткой или учительницей, чтобы не висела не его шее.

— А кто твоя мать? — спросила я.

— Служанка, — ответила Люси и стыдливо спрятала лицо, словно ожидая, что я тотчас начну надсмехаться над ней, узнав о ее родителях.

— Мне все равно, — заявила я, — ты же слышала, что я сказала Норе? — и снова улыбнулась.

— А ты и правда принцесса? — спросила она.

— Да, — кивнула я.

Люси внимательно посмотрела на меня, а затем спохватилась.

— Через полчаса у нас обед, а твои волосы... — она замялась. Я взяла ее за руку и потянула за собой в свою комнату. Девочка шла следом нерешительно, будто подозревала, что это все розыгрыш, но, когда я села перед зеркалом и протянула ей расческу, она улыбнулась.

— Поможешь? — попросила я. Отражение Люси улыбнулось мне в ответ.

— С удовольствием, леди Элиза.

— А потом я уложу твои, — добавила я и Люси принялась за мою прическу. Так началась моя дружба с девочкой-солнцем.

Завтрашний день принес первые занятия, и я почти сразу же невзлюбила половину из преподавательниц, что лебезили передо мной только из-за того, что мое положение было многим выше, чем у них. Время потекло сперва медленно, пока я привыкала к пансиону, а затем, набирая обороты, все стремительнее, превращаясь из спокойной широкой реки и бурлящую горную, что могла свалить с ног и унести далеко-далеко. Я так больше ни с кем и не подружилась. Стоит ли говорить о том, что, кроме Люси, у меня не появилось ни одной подруги. Как оказалось, мы с девочками-аристократками совсем по-разному смотрели на этот мир и на людей, что жили в нем. Мы так и не стали ни с кем из них подругами. Я не чуралась слуг и относилась к ним с предупредительной вежливостью, как и положено было принцессе. Так как учили меня мои родители.