Самая грешная ночь

Бросила малыша и сбежала со своим любовником за границу.

— Бросила? — испытав шок, переспросила ее.

— Да, но и её можно понять. Старик Джордж Фостер был настоящим тираном. Никто бы не сумел с ним жить, ведь о его пристрастиях причинять женщинам боль знают многие.

— Я не знала… — растерянно проговорила, зажав рукой рот.

Так вот откуда братья унаследовали такие пугающие и дикие пристрастия.

— Это он придумал “Грешную ночь”? — продолжила расспросы, пытаясь вытянуть из девушки как можно больше.

— Нет, не он. Оливер Фостер.

— Тот, что жил в Индии? — вспомнив о коротком рассказе братьев, наугад спросила ее."

"— Да, это он. Самый пугающий и странный из всех Фостеров. Рассказывают, будто он придумал “грешную ночь”, чтобы каждый год получать в свою постель красивых девственниц, чьи отцы никогда бы не позволили этому случиться.

— Невероятное варварство, — прошептала, качнув головой.

— Согласна с вами, — вздохнула девушка, промакивая мои волосы полотенцем. — И почему, наконец, не отменят эту ночь… — печально добавила она.

— Наверно потому, что Фостерам это даёт возможность поступать, так же, как и их дед.

— Нет, что вы. Наши господа совсем не так ужасны, как все думают, — возразила мне Пэни, когда мы оказались в комнате. — Ричард справедлив во всем и…

— Не нужно, Пэни, — оборвала её, не желая слушать, как обеляют демона, который рушил мою жизнь.

— Расскажи, как появился в семье Дэвид? — спросила, надеясь, что она знает об этом.

Ведь, я считала, что братья Фостеры имеют одну мать, а оказалось, что это совсем ни так.

— Джордж Фостер просто однажды привёз его в имение и объявил своим сыном. Это всё, что я знаю, мисс. Ой, мне совсем не следовало этого говорить, — запаниковала Пэни.

— Не беспокойся. Я не стану об этом болтать и… спасибо тебе, что поведала мне о Фостерах. Я многого не знала.

— Не удивительно. Фостеры не любят, когда о них болтают. Идёмте, прогуляемся. На улице сегодня просто восхитительная погода, — сказала девушка, выкладывая передо мной наряды. — По-моему это платье привезено из Европы. Какое красивое… Примерьте, — улыбаясь, попросила меня.

Через полчаса мы с Пэни вышли во двор. Погода стояла дивная. Тучи, что долгое время, заволакивали небо нашего города, наконец, расступились, позволяя ласковым лучам солнца прогревать уставшую от обильной влаги землю.

Девушка, которая была для меня как лучик света в тёмном царстве, не отходила от меня ни на шаг. Показывала сады с богатой растительностью, оранжерею со знаменитыми розами, которыми славилось имение Фостеров. Провела в библиотеку, где висели портреты предков братьев Фостеров. О многих она и сама не знала, но зато уверенно показала самого ужасного из всех Фостеров — Оливера, а также его сына Джорджа.