Самая грешная ночь

 — Обещаю, что никто не возьмёт тебя против воли. Никто не навредит. Кивни, если слышишь, — погладил меня по щеке и, дождавшись моего кивка, улыбнулся.

— Испугалась? — прошептал у моих губ. — Расслабься, маленькая. Это была шутка. Мне не интересно доставлять тебе боль, видеть твой страх. Интересует только желание…

— Его не будет, — тихо обронила я, ошалело смотря в его чёрные глаза. — Это невозможно, — добавила сипло, будто мою шею обхватила колючая проволока.

— Ошибаешься… поспорим? — засмеялся он, не выпуская из своих жарких объятий.

Отрицательно качнула головой, и он скривился.

— Не веееришь… — растянул он. — Напрасно. Я никогда не лгу. Тогда, придется доказать…

Неожиданно резко, словно ураган, подхватил меня на руки. Отнёс в самый конец конюшни, где в углу была навалена целая копна сена. Предусмотрительно придерживая рукой затылок, повалил на воздушное облако и навис надо мной.

— Помни одно, птичка, что тебе нечего бояться, — прошептал, едва касаясь своими губами моих.

Достал из своего кармана алую атласную ленту, повязал мне её на глаза и прежде чем снова овладеть моими губами, шепнул: — Расслабься и просто чувствуй…

Глава 9

— Эмма, — хриплый голос взорвал мой разум, заставляя дрожать.

Почему позволяю со мной делать это? Почему я его не останавливаю? Ведь это было бы самым правильным, но… он будто держал моё сознание в капкане. Оно находилось во власти безумца, который творил что-то невероятное с моим телом. Делал нечто порочное, развратное… губительное для моей воли.

Ласкал мою шею, обводил пальцами подбородок. Мучительно медленно, будто изучал… с трепетом познавал неизведанное, желанное.

На этот раз он касался меня нежно, осторожно, невозможно ласково.

— Прекрасная маленькая птичка, — горячее дыхание обдало мою щеку. — Красивая птичка.

Мое сознание было как во сне… В состоянии невесомости. Будто в другой галактике… реальности… Пьянела от происходящего. От его слов, ласк, действий.

Ужас всё ещё плескался внутри меня, но его голос, шёпот… внушали мне противоестественное спокойствие. И… я стала бояться саму себя. Того, как тело предательски начало откликаться на этого мужчину.

Да, он не позволял мне сейчас видеть. Я, как он того и желал, только ощущала. Сильнее чем обычно. Острее. И… то, что я чувствовало — меня пугало. Ведь во мне, против воли, стало зарождаться жгучее желание…

Его большой палец скользил медленно по моим губам, обводил их контур, незамысловатые узоры…и… мне нравилось. Хотелось продолжения этого кипучего безумия, но его вторая рука, отрезвляя, прошлась по моей груди. Заставила напрячься, дёрнуться, жадно втянув в себя воздух.

— Тшш, — произнёс он тихо, опалил меня раскаленным дыханием у самых губ.