Я сделаю это сама

- Но… Как… - она стояла, смотрела, разевала рот и иногда издавала звуки.

- Вот так. Думать нужно было раньше. Или вас тоже сослали, просто вы тут прикидываетесь?

Я уже знала к тому моменту от Марьи, что Трезонка появилась в их с Женевьевой жизни накануне отъезда, до того её знать не знали и в глаза не видели.

- Да как вы можете так обо мне говорить!

- Легко, - пожала я плечами. – По существу готовы что-нибудь сказать? Нет? Значит, уйдите с дороги. У меня дела.

Я невежливо отодвинула её и вышла. Подхватила жестяное ведро с тряпками, выданное Пелагеей, и отправилась на гору. Марья и Меланья уже ждали меня у калитки.

Троих парней, которых выдала мне в качестве подмоги Пелагея, звали Лука, Фома и Алёшка. Когда я про того Алёшку в первый раз услышала, меня всё равно что подбросило. Потом насмелилась, глянула – мой-то Алёшка высокий, в Женю, сероглазый брюнет, а этот – с льняной головой и чёрными глазами. И пониже моего, поосновательнее. Я выдохнула. Ну мало ли Алёшек в мире? В школе вместе с моим ещё двое учились, в универе у него тоже были тёзки. Поэтому – выдыхай, Женя.

Они сидели на крылечке моего дома и грызли орехи – орехов в этом году уродилось много, они встречались абсолютно во всех карманах. Мне тоже предлагали, но я боялась повредить какой-нибудь зуб, поэтому пока держалась.

- Так, работнички, скорлупу на пол не бросать, - начала я с места в карьер. – Поднимаемся, следуем за мной, смотрим фронт работ.

Они переглянулись – ничего так раскомандовалась пришлая баба – но оторвали зады от крыльца и пошли.

- Видим всё это великолепие? – я показала на мебельные завалы.

- Видим, - кивнул Лука, он старше двух других.

- Вынести во двор, расставить красиво – чтоб можно было подойти и каждый стол и каждую лавку отдельно осмотреть. Потом сообразим, что с ними делать. А, да, окна ещё нам откройте, мыть будем. И чтобы мыть – нужно принести воды. Двое таскают мебель, третий носит воду.

Снова переглянулись, повиновались. Пошли таскать, за водой послали Фому, среднего. Бочка нашлась в кладовке, вытащили её во двор, пусть наполняет.

- А мы, девочки, будем всё это мыть.

Мыть в здешних условиях – это значит, греть воду. Греть воду – это значит, топить печку. Женя, ты вообще умеешь топить печку? Придётся научиться.

Чем растопить? Бумаги ни листочка, бересты тоже как-то нет. Берёзы есть в лесу, но не побегу же я сейчас в лес за клочком на растопку?

- Слушайте, а чем растопить-то? – я растерянно глядела на Марью и Меланью.

- Так видели же в кладовой какие-то деревяшки, - напомнила Меланья. – Вы сказали, что их можно в печь.

- Точно. Я забыла уже, - вот что значит – местный ребёнок, всё знает.

Из дворовой кладовки принесли несколько дощечек на растопку, я догадалась делать всё это не сама, а попросить Алёшку.