Жребий Салема

Но если это тебя успокоит, скажу, что реакция Бена на все это была на редкость рациональной. Он предложил рассматривать наши предположения как теорию, которую нужно подтвердить или опровергнуть, и начать хотел с… – Не договорив, он замер, прислушиваясь.

На этот раз молчание затянулось, а когда Мэтт заговорил снова, ее испугала спокойная уверенность в голосе:

– Наверху кто-то есть.

Сьюзен прислушалась. Тишина.

– Вам показалось.

– Я знаю свой дом, – тихо возразил он. – В гостевой спальне кто-то есть… слышите?

На этот раз она тоже услышала. Обычный для старого дома скрип половицы. Безо всякой видимой причины. Но в этом звуке Сьюзен вдруг почудилось нечто жуткое.

– Пойду посмотрю, – сказал Мэтт.

– Нет! – невольно вырвалось у Сьюзен, и она мысленно себя одернула: Хватит трусить и принимать вой ветра за стоны привидения.

– Вчера ночью я испугался и ничего не предпринял, и в результате погиб человек. Теперь я точно поднимусь.

– Мистер Берк…

Они говорили, понизив голос. У обоих от напряжения по коже бегали мурашки. Может, наверху и правда кто-то был. Грабитель?

– Не молчи, – попросил Мэтт. – Когда я уйду, продолжай говорить. Не важно, о чем.

Не дав Сьюзен возможности ответить, Мэтт поднялся и, двигаясь с неожиданной ловкостью, направился к лестнице. Он оглянулся лишь однажды, но увидеть его глаза ей не удалось.

От быстрой смены событий у Сьюзен голова шла кругом. Еще пару минут назад они спокойно обсуждали происходящее, и все было нормально. А теперь ей страшно. Вопрос: если посадить психолога в одну комнату с сумасшедшим и не выпускать целый год (десять лет, двадцать), то кого мы получим в результате? Двух психологов или двух сумасшедших? Ответ: недостаточно данных.

Вспомнив просьбу Мэтта, она заговорила:

– В воскресенье мы с Беном собирались в Камден – знаете, тот городок, где снимали «Пейтон-Плейс», – но теперь, похоже, поездку придется отложить. Там есть потрясающая маленькая церквушка…"

"Оказалось, что болтать без умолку ей было совсем не трудно, хотя пальцы и сжимались с такой силой, что побелели костяшки. Ее мысли не путались, а разговоры о вампирах и мертвецах в общем-то ничуть ее не испугали и не сказались на ясности головы.

Источником страха, от которого по телу пробегали волны темного ужаса, была не голова, а спинной мозг – куда более древнее хранилище нервных окончаний и узлов.

6Никогда в жизни Мэтту Берку не было так страшно. Никогда! Даже близко! Разве что за исключением одного случая.

В восемь лет он был членом скаутского отряда. Их руководитель жил в миле от его дома, и дорога туда была отличной – правда, если идти засветло. Но если собрание затягивалось, то приходилось возвращаться в сумерках, когда тени становились длинными и расползались вокруг, принимая причудливые формы.