Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Его будущее, созданное обстоятельствами самой судьбы, его будущее, которое стояло перед ним, полное славы и побед… Все это может рухнуть, превратиться в дым!

– Что же делать, – вздохнул царь Эпира, – если так суждено богами…

– А мы должны сложить руки и ждать, пока Клеопатра заставит Филиппа вообще уничтожить нас? – Олимпиада величаво подняла голову. – Нет, не ждать мы должны. А призвать богов и защищаться!

Защищаться!..

Быстрая мысль Александра тотчас ухватилась за это слово. Защищаться… Защищать свое право, а может быть, и жизнь. Зевс и все боги! Ему надо защищаться от своего собственного отца!..

Александр уже и тогда умел моментально принимать решения.

– Я поеду в Иллирию, – сказал он.

– В Иллирию! – Царь Эпирский испугался. – Но иллирийцы – извечные враги Македонии.

– Вот потому-то я туда и поеду. Союзники македонян не станут сражаться с царем Македонским.

Олимпиада поняла его.

– Ты прав, – сказала она. – Поезжай. И не медли. Ахиллес, предок твой, поможет тебе.

Александр медлить не стал. Он простился с матерью, чью преданность особенно оценил в это трудное время, простился с царем Александром. И уехал в Иллирию, в горную страну на побережье Адриатики. Там надеялся он найти поддержку и помощь, если придется защищать свое право с оружием в руках.

Иллирийцы приняли его.

ПримирениеФилипп деятельно готовился к походу в Азию. Забот хватало. Военачальники его не знали отдыха. Уж если начать войну, так надо победить. А Дарий – сильный противник, войско у него несметно. Значит, надо брать не численностью отрядов, которых у Филиппа никогда не будет так же много, как у перса, но боевыми качествами, хорошим вооружением, дисциплиной, умением побеждать.

Дело у Филиппа ладилось. Вся Македония, все эллинские государства, кроме Спарты, готовились к войне, вооружались, снаряжали обозы, запасались провиантом и всем необходимым, что понадобится в походе.

Все ладилось, а душу томила скрытая печаль – его сын ушел из дому.

Но как легко Филиппу дышится в Пелле теперь, когда в гинекее живет и заправляет домашними делами молодая, нежная, как цветок, Клеопатра. Вместо упреков и угроз Олимпиады – мягкий, ласковый голос, светлый взгляд, добрая улыбка его юной жены.

И маленький сынок, смеющийся в колыбели. Судьба старается наградить Филиппа всеми радостями, доступными человеку на земле, хотя этот человек погубил столько таких же счастливых семей, что и сосчитать невозможно. Филипп не думает об этом. Он был бы счастлив…"

"Но сын его Александр ушел из дому!

Олимпиаду забыть очень легко. Пусть она сидит там, среди гор, у своего брата. И совсем хорошо было бы, если бы она осталась там навсегда. А Филипп скоро отправится в Азию. В Элладе думают, что он пойдет свергать и уничтожать персидского царя, этого рохлю Дария.