Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Ну так идите и смотрите!» Вот нас и повели по всем войскам, показали и пехоту, и конницу, и корабли. А потом отпустили. Это войско непобедимо, – с полной безнадежностью утверждали соглядатаи, – персы поглотят нас и нашу страну.

Собрание удрученно молчало в тяжелом раздумье. Фемистокла встревожило молчание архонтов, которые сидели нахмурив брови. Его тревожило и молчание всех влиятельных в Афинах людей, которые должны были сейчас высказать свое мнение и поддержать афинян, явно павших духом. Поэтому он выступил сам:

– Не унывать нам сейчас надо, граждане афинские, а вооружаться. И строить новые корабли. Чем сильнее будет наш флот, тем больше у нас надежд на победу!

– А ты сам-то веришь в победу, Фемистокл? – раздался голос из толпы.

– Я не только верю в победу – я в ней не сомневаюсь. Не забывайте, что персы здесь на чужбине, а мы – на родной земле. И еще раз скажу: нам, эллинским народам, надо объединяться, немедленно объединяться. Думаю, что настало время отправлять послов в соседние города и призывать эллинов к объединению!

После этого Собрания афиняне тотчас отправили послов.

Послы, погоняя коней, поехали в Аргос просить помощи. Поехали и в Сикелию[138], к ее властителю Гелону. Поехали на остров Керкиру, что у эпирских берегов. И на остров Крит помчались послы. И к фессалийцам, хотя знали, что там самые знатные люди Фессалии, богатые землевладельцы Алевады, перешли к персам. Но знали также, что фессалийский народ ненавидит Алевадов, держащих сторону врага.

В это же время на Истме, на узком перешейке около города Коринфа, собрались на Совет посланцы всех эллинских государств, решивших отстаивать свободу Эллады. Эти государства заключили между собой союз дружбы. Однако их союз чуть не распался тут же. Когда стали обсуждать, кого поставить командовать флотом, спартанцы заявили, что командовать и на море и на суше будут только они.

Афиняне возмутились:

– Но ведь у вас нет кораблей! А у нас их сто двадцать семь, больше, чем у кого-либо в Элладе! И уж кому, как не нам, командовать флотом!

– Командуйте, – ответили спартанцы, – но мы в этом случае отказываемся воевать вместе с вами.

Снова пришлось Фемистоклу уговаривать афинян.

– Будем дальновидными, – говорил он афинским послам, когда они, разгневанные, удалились с Собрания. – Сейчас нам необходим сильный союзник: персы идут на Аттику, опасность грозит прежде всего нам. Вспомните, что с персами идет Гиппий, сын Писистрата. Он не забыл, что отец его был тираном в Афинах, и теперь хочет снова захватить власть! Предадим ли мы свою свободу и покоримся ли снова тирании из-за личных счетов? А жить под властью персов и быть данниками персидского царя – это легче? Сейчас у нас большая нужда в помощи Спарты.