Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

– А бывает здесь жара в летние месяцы?

– Нет, жары не бывает никогда.

– А холод зимой?

– Тоже нет. У нас вечная весна, вот так, как сейчас. Тепло и прохладно. И плодов круглый год в изобилии. Кроме того, у нас есть соль.

Жрецы показали Александру место, откуда они выкапывают соль. Несколько маленьких корзинок, сплетенных из пальмовых листьев, стояло рядом. Жрец достал из ямы горсть соли – это были чистые, крупные кристаллы, прозрачные, как вода.

– В этих корзинах мы возим нашу соль в Египет. Благочестивые люди кладут ее на жертвенники – она ведь чище морской.

– Но откуда же здесь соль? – удивился Александр. – Соль бывает в озерах у моря или в самом море. А ведь от Амона море так далеко!

Старый жрец, с желтым, морщинистым лицом, но очень черными, густыми бровями, задумчиво ответил:

– Сейчас далеко. А когда-то, в давние времена, наш храм стоял у самого моря, и все корабли подходили к нашему берегу почтить святилище и принести жертву богу. О нашем храме и прорицалище великая слава шла по всему миру – она с тех пор и осталась. Но если бы наш храм всегда стоял в пустыне, о нас знали бы лишь очень немногие.

Александр быстро взглянул на него – это он уже слышал у Зеленого озера в Гераклейском номе.

– Ты хочешь сказать, что там, где сейчас пески, было море?"

"– Именно это я и хочу сказать, царь. Доказательств тому много. В песке всюду находят морские раковины, даже у самых пирамид. Раковины, окаменелые моллюски. Да и вот соль. А соль в песках встречается у нас нередко. Бьют ключи, возле них вырастают пальмы, а вода в тех ключах соленая.

– Пальмы не боятся соли?

– Нет, не боятся. Даже любят ее.

Жрецы показали Александру еще одно чудо – священный источник бога Амона. Вода в нем в полдень была холодная, а ночью – горячая.

Александр, очарованный, ходил по садам Амона. И каждый раз, возвращаясь в свой шатер, напоминал Евмену, который так же, как и ближайшие друзья, всюду неизменно следовал за ним:

– Скажи писцам, чтобы записали: здесь много дивного!

– Они пишут, царь.

Евмен заботился о дневнике, который вели в его канцелярии во время похода. Краткий, но точный дневник содержал в себе все – приказы, передвижения войск, число убитых, число пленных, число дня и года, когда случилось то или другое событие в их походной жизни. Царь сам следил за точностью записей – тут все его военное хозяйство лежало как на ладони.

– Но ведь пишут и твои историки, царь! – напомнил Евмен.

– А! – Александр махнул рукой. – Боюсь, что они часто пишут не с желанием сохранить истину и понять человека, о котором пишут, но руководствуясь своим отношением к этому человеку и к его делам.

– Я думаю, что и Аристотель напишет о тебе, царь. А он напишет хорошо! Аристотель любит тебя.

– Любил.