Саквояж со светлым будущим

— Вот и я ничего не поняла, потому что он вдруг заговорил по-русски. То все была «кава з вэршками», а то вдруг говорит совершенно нормально, и акцент совсем… незначительный. Он мне рассказал, какая Мирослава замечательная и что украинская литература жива и здорова практически только благодаря ей. В смысле, Мирославе Макаровне.

— А то, что я вспомнила, что я где-то недавно видела и про возрождение национальной литературы, и про молодых поэтов, и про альманах.

— Да и пес с ним, с альманахом!

— Да нет! Не пес! Я нашла статью, вот она. — Маша зашуршала газетой. — Это та же

«Киевская Русь», в которой напечатано про развод Поклонных. Только про них на тринадцатой странице, а про альманах «Возрождение» на пятой. Вот, вот, посмотрите!

Газета была как газета, и даже первый лист ее источал непередаваемый, насыщенный лимонно-желтый цвет. На фотографии, которая производила впечатление черно-белой, но раскрашенной красками, как флаг в фильме Сергея Эйзенштейна «Броненосец Потемкин», изображались две полуобнаженные красотки, обнимавшие одного полуобнаженного мужчину. Красотки хищно скалились в объектив, а мужчина держал их обеих за ноги. «Любовные игры втроем», — гласил заголовок, и несколько строчек о том, как необходимо разнообразие в сексуальной жизни.

Родионов, не будучи ханжой и лицемером, а также мракобесом и чернокнижником, на фотографию посмотрел все же с некоторым отвращением и опаской, словно это именно его призывали разнообразить таким образом свою сексуальную жизнь.

— Маш, ты… зачем мне это суешь?

— Да вот, посмотрите!

— Вот статья про развод. А вот про альманах «Возрождение» и молодых поэтов! И про Мирославу написано, что она практически просветительница Екатерина Вторая!

— А то, — с торжеством сказала Маша Вепренцева, — что обе статьи подписаны одним и тем же человеком, видите? «Л.И. Старопупков».

— Какой… Л.И.? — не понял Родионов.

— Л.И. Старопупков. Ну, это, должно быть, шутка такая, в общем, неважно.

Родионов посмотрел на подпись — и впрямь Л.И. Старопупков! — и воззрился на Машу.

— Да шут с ним, со Старопупковым! Просто и ту, и другую статью написал один и тот же человек! И написал он ее вчера, потому что это, — и Маша потрясла перед Родионовым фотографией с красотками и мустангом, — сегодняшняя газета!

Он вдруг заинтересовался. Она увидела, как глаза, словно подернутые морозом, вдруг стали живыми и заинтересованными. Он сунул недокуренную сигарету в вазу, располагавшуюся на столе, подошел и посмотрел.

— Сегодняшняя, — сказал он. — Ну да. Сегодняшняя газета.

— Значит, материал о разводе мог быть написан только вчера, правильно? Ну, или раньше когда-нибудь, но до этого никто ничего про развод не знал.