Сахар со стеклом

Будто он продолжал сжимать мне горло локтем, не позволяя пошевелиться, и я не могла дышать. Вскинувшись ночью, я поняла, что запуталась с головой в одеяле, и мне просто не хватает кислорода.

Мне нужно научиться противостоять ему, его чудовищной тяжёлой энергетике, не позволять пугать себя, пригвождать к месту одним лишь взглядом. Только как это сделать? Даже та, у которой я могла бы поучиться, терялась перед Шевцовым. Он как те жуткие существа из моих снов – лишал воли одним лишь взглядом тёмных глаз.

И я была благодарна сейчас природе, что так резко изменила свой лик, давая надежду на то, что это в принципе возможно, что любое состояние не вечно, и после тьмы всегда приходит свет.

Однако пока я добралась до лицея, тонкий слой мокрого снега уже почти растаял, превратившись в местах скопления людей в грязную жижу.

Вот так и воодушевляйся.

С Аней и Эдиком мы встретились возле парадного входа в здание лицея. Но Эдик, коротко поздоровавшись, ушёл. Я успела разглядеть на его скуле припухшую синеву. Как же, в угол не вписался.

– Привет, Янка, – Степанова стряхнула с рыжих кудряшек снежинки. – Что это с Эдькой? Наотрез отказался рассказывать, а теперь ещё и сбежал. Что такого произошло, пока я кипела головой на физике?

– Он столкнулся с моим сводным братом, – мрачно ответила я.

– Понятно, – Аня поджала губы.

Мы отправились сначала в гардеробную, а потом на уроки."

"Напряжение в классе я стала ощущать острее, чем раньше. Ира и её подружка больше даже не пытались скрыть своей неприязни ко мне. Если раньше это были презрительные взгляды, иногда шёпот за спиной, то теперь они стали откровенно посмеиваться надо мной. А ещё Должанов. Вот как баба, серьёзно, только дай кому-то косточки перемыть.

Когда я попыталась войти на перемене в кабинет математики, то Должанов встал так, что и обойти невозможно, и протискиваться неудобно.

– Пропусти.

– Проходи, я чё.

А сам на месте стоит, улыбочку растягивает наглую. Так и хочется съездить по роже, чтобы зубов не досчитался.

При моей попытке просочиться в кабинет, Рома лишь сильнее его загородил, выставив ногу, но обратно податься уже не получилось, и мне пришлось протискиваться вплотную. Больное колено снова прострелило, и я едва не споткнулась об отставленную ногу Должанова. Не очень-то грациозно вышло.

– Нежная лебёдушка впорхнула, – хихикнула Инна Вардина, и они с Ириной рассмеялись.

Вот так, в лицо, даже не пытаясь прикрыться хотя бы для проформы. «Золотые» детки, короли молодёжи, которые могут вытворять, что вздумается и унижать, кого им захочется.

Я почувствовала, как щёки вспыхнули, а во рту стало солёно от сглатываемых слёз. Хорошо хоть сводного брата в классе не было. А вот Аня была, и попыталась как смогла меня поддержать.

– Ян, не обращай внимания на придурков.