Сахар со стеклом

Внутри стало тревожно. Мне кажется, я лезу куда-то совершенно не туда. И ничего хорошего из этого не выйдет.

– Что это за клуб? – спросила парня за рулём.

– Спортклуб, в котором мы тренируемся.

– На чём специализируется?

– На боевых.

– Ясно.

Демьян припарковал машину возле входа. Зловещее место какое-то. Тёмное стекло хищно поблёскивало в свете фонарей. Вокруг лавочки, фонтан, газон. Но всё это мало скрадывало опасность, которой дышал это «Чёрный Дракон».

– Идём?

Но внутрь мы прошли не через парадный вход, а какую-то дверь сбоку, которая вела на цокольный этаж. Яркий свет и размеренная музыка ударили по органам чувств после тишины ночи. На входе возле турникета охранник за стойкой вопросительно посмотрел на нас.

– Паша, это опоздавшие, – улыбнулся Демьян.

Мне поставили печать на запястье и подсунули ручку и какой-то документ, попросили сдать телефон.

– Что это? – я обеспокоено посмотрела на друга Лекса.

– Договор о неразглашении, малышка. Это закрытая тусовка богатеньких мажоров, так что всё в порядке вещей.

Может и в порядке вещей, но меня напрягло. Я словно плыла в мутной воде, не понимая, что и для чего делаю.

– Вон, кстати, и Лекс, – Демьян указал пальцем дальше по проходу.

И действительно, я увидела Шевцова. Он стоял к нам спиной, подпирая плечом косяк, смотрел в широкий, ярко освещённый зал, откуда доносились голоса и музыка. Я быстро поставила подпись в договоре, и турникет загорелся зелёным.

Я мельком обратила внимание на печать на запястье. Она светилась в люминесцентном свете бледно-оранжевым. Разобрала лишь цифру пять, но буквы вокруг были немного смазаны, так что я решила не морочить голову и оставила эту затею, поспешив к Алексею.

Я тихо подошла и коснулась ладонью его плеча. Шевцов обернулся и застыл, шокировано глядя то на меня, то на Демьяна, а потом его глаза расширились, когда он заметил печать на моём запястье.

– Какого чёрта она тут делает? – обратился к Демьяну, а тот пожелтел под взглядом друга. – Я, мать твою, тебя спрашиваю, Демьян?

Лекс схватил парня за грудки и припечатывает к стене, но осёкся, увидев предупредительный взгляд охранника.

– Лёх, – у Демьяна не только по лицу разлилась мертвенная бледность, но и шея стала как мел, особенно на фоне чёрной рубашки. – Антон сказал, ты будешь рад. Типа сюрприз от него.

Теперь пришла очередь побледнеть Шевцову. Я проследила за его взглядом и наткнулась на салютующего бокалом с улыбкой Ермолаенко, который стоял на другой стороне залы в компании ещё нескольких парней.

– Лёша, я ничего не понимаю, – в испуге я схватила сводного брата за руку.

– Чего ты не понимаешь, бестолочь? – выплюнул он уже мне.