Сахар со стеклом

Аня написала, что сегодня сократили занятия в связи каким-то патриотическим слётом на базе лицея, при чём старшие группы туда даже не позвали. Оно и хорошо, мы уже на финишной прямой, не до слётов.

Степанова снова пожаловалась на Придурка. Именно так: с большой буквы. И кто им был, я, конечно, знала. Должанов с завидной регулярностью доставал мою подругу. И что она ему такого сделала – непонятно. Аня не из тех, кто жалуется обычно, но даже у неё уже терпение было на исходе.

Недавно Степанова вскользь упомянула, что Шевцов с Ряполовой, кажется, расстались. Все видели, как они громко ругались возле стадиона, а Ирина потом в слезах сидела одна возле теннисного корта. Это мусолили до сих пор по всему лицею.

Самого Шевцова за эти три недели я видела всего несколько раз за ужином. И то мельком. Когда я спускалась, он уже обычно уходил к себе. Лишь однажды, столкнувшись на лестнице, поздоровались, коротко кивнув друг другу."

"После того, как он ухаживал за мной, если можно так сказать, когда мне было плохо, я почему-то сильно смущалась и сама не горела желанием видеться.

А потом Алексей вроде, как сказали родители, уехал на военно-спортивные сборы от клуба, в котором занимается и, кажется, только вчера вернулся.

Я перекусила, вздохнула и принялась за литературу. Солженицын мне не нравился. Хотелось чего-то о любви, а не о тяжбах лагерной жизни. Но программа есть программа, деваться было некуда. И только я начала погружаться в подробности безрадостной жизни заключённого Щ-854, как телефон отозвался сообщением мессенджера. Я удивилась, увидев сообщение от Саши Тереньева – моего бывшего одноклассника и объекта неразделённых воздыханий.

Саша Т.: «Привет, Лемурчик»

Вот спасибо Алёнкиному Эльфу! Теперь и Саша меня так называл.

Яна: «Привет, Саш»

Саша Т.: «Ты как там?»

Яна: «Да норм уже. А ты как?»

Саша Т.: «Выходи через пятнадцать минут – узнаешь)))»

Со мной случился ступор. Он не в себе, что ли? Куда я должна выходить?

Яна: «В смысле? Ты о чём?»

Саша Т.: «Я к сестре старшей приехал, она недалеко от тебя живёт. И я уже еду, адрес у Алёнки пробил»

Я вскочила со стула, напрочь позабыв о дне из жизни Ивана Денисовича, и нервно закружила по комнате.

Сашка!

Тут! В «Серебряной роще»!

А я волосы мыла позавчера. Я вытащила из шкафа свитер поприличней, быстро почистила зубы и переплела косу. Даже по ресницам мазнула тушью. Через пятнадцать минут сбежала по ступеням, натянула куртку, накинула капюшон и выскочила на улицу. Пока открывались ворота, нетерпеливо закусила губу. Как Сашка отреагирует, что я в таком доме живу? Вдруг решит, что зазналась. Терентьев – моя несбывшаяся мечта. Когда сюда переехала, то и не думала вовсе уже о нём, давно переболела. Но сейчас мандраж в пальцы прокрался.

Едва я вышла за ворота, как к ним подкатило такси.