Сахар на обветренных губах (СИ)

— Думаешь, в этот раз она послушает тебя?

— Я приехал к тебе от её бати, — сказал Вадим, и я поняла, что он напряжен. По движению желваков было понятно, что поездка вышла так себе.

— Ты жаловался на свою бывшую её отцу? — мои брови сейчас подпрыгнули очень высоко.

Вадим не спешил смотреть в мою сторону. Его внимание всё сильнее утопало в дороге, которую он видел перед собой.

— В этот раз она перегнула, Алён. Ладно… — он нервно дёрнулся в сиденье, словно не зная, какие слова подобрать. — Хрен с ним, шмотки в бассейн закинуть! Но бить толпой одну девчонку и снимать всё это на телефон… Короче, я этой херни не понял.

— Её папа сегодня звонил моему отчиму и заставлял извиниться. А завтра я должна извиниться перед Миланой.

— Угораешь?! — теперь очередь бровей Вадима подлетать к взъерошенной чёлке. — Больше ты ничё ей не должна?

— Не знаю. По обстоятельствам пойму. Завтра.

— Не вздумай. Я поговорил с её батей. Он ровный тип. Хотя, он не поверил, что его принцесса может кого-то валить толпой. Пришлось показать видос.

— Видос? Какой, блин, видос?

— С камер. Оказалось, одна камера на универе как раз бьёт в то место, где вы закусились.

— А какого хрена ты, вообще, решил с этим видео припереться к её отцу?

— Потому что понял, что меня она не понимает, а вот батю своего она жёстко боится. Короче, считай, что я решил действовать через главного босса.

— А если бы она раньше тебя ему что-нибудь наплела? Если бы он тебя слушать не стал?

— Ну, закусился раз. Потом послушал.

— Закусился? — я всем корпусом повернулась к Вадиму. — Он тебя ударил?

— Да так… — Вадим легкомысленно повёл плечом. — По касательной прошёл. Херня.

— Покажи.

— Алён, — нервно дёрнул он головой. — Говорю же, херня.

— Покажи, сказала, — авторитетно потребовала я.

— Мы на скорости, Алёнушка. Тормознём и покажу. Наверное. Кстати, где тормознём? Куда хочешь? Кафе, рестик, клуб?

— Не хочу в публичное место. Хочу тишины и, чтобы вокруг не было людей. Вообще никого. Знаешь такое?

Вадим задумался, постучал пальцами по рулю и зажевал нижнюю губу. Мыслительный процесс затянулся.

— Моя квартира, — сказал он, наконец. — Поедешь?

Он заглянул мне в глаза. Его взгляд оказался нечитаемым. Будто он всеми силами пытался показать равнодушие относительно озвученного предложения.

Его квартира. Мы вдвоём. Что может случиться? Да всё, что угодно! Но, отчего-то, Колесников не вызывал у меня опасений. Возможно, минимальные, но не так, как это делал Одинцов.

— Поеду, — выдохнула я уверено.

Глава 29

Конечно, квартира Колесникова находилась в крутом районе новостроек. Здесь даже въезд только через шлагбаум и спецпропуск. Своё место на парковке, за которое нужно платить и чистый подъезд. Ни тебе окурков, ни консервных банок для них.